Чаша Востока. Письма Махатм: Избранные письма 1880–1885

Письмо XXV

(1) Возможно ли как-то объяснить замечаемый любопытный рывок человеческого прогресса в последние две тысячи лет по сравнению с относительно закоснелым состоянием людей четвёртого Круга вплоть до начала современного прогресса?

(2) Или — были ли в какой-либо более ранний период, когда Землю населяли уже люди четвёртого большого круга, цивилизации столь же крупные, как наша, в смысле интеллектуального развития, которые полностью исчезли?

(3) Даже пятая раса (наша) четвёртого большого круга возникла в Азии миллион лет тому назад. Чем же она занималась в течение 998000 лет, предшествовавших последним 2000? Возникали и гибли ли более крупные цивилизации, чем наша, в течение этого периода?

(4) К какой эпохе относится существование материка Атлантиды, и пришлось ли изменение, носившее характер катаклизма, которое привело к его исчезновению, на какую-то назначенную точку в эволюции этого большого круга, — соответствующую тому положению, которое занимают обскурации в эволюции всей манвантары?

(6) Другой вопрос, который часто задают: «В чём же смысл всего этого циклового процесса, если в конечном итоге дух выходит из него всего-навсего таким же чистым и безличным, каким он был вначале, до своего нисхождения в материю?»

(8) Имеют ли магнитные условия какое-либо отношение к выпадению дождя, или же это всецело зависит от атмосферных потоков разной температуры, сталкивающихся с другими потоками различной влажности, причём вся эта совокупность движений создаётся давлением, расширением и проч. и обусловлена в первую очередь солнечной энергией? Если же в это вовлечены и магнитные условия, то — каким образом они действуют и как это можно проверить?

(9) Не есть ли солнечная корона — атмосфера? Из каких-либо известных газов? И почему она принимает лучевидную форму, которая неизменно наблюдается во время затмений?

(10) Не есть ли фотометрический показатель света, испускаемого звёздами, достоверный показатель их величины†† Рассматриваемой, разумеется, в связи с расстоянием, которое приблизительно определяется по параллаксу*., и верно ли, как faute de mieux* допускается в качестве теории в астрономии, что с каждой квадратной мили солнечная поверхность излучает столько же света, сколько может излучаться и с любого тела?

(11) Не есть ли Юпитер горячее и всё ещё частично светящееся тело, и чем вызваны — поскольку солнечная энергия, вероятно, не имеет к этому отношения — сильные атмосферные возмущения на Юпитере?

(12) Имеется ли какая-то доля истины в новой теории Сименса* о солнечном горении, т.е. что Солнце, перемещаясь в пространстве, собирает на своих полюсах горючий газ (который находится в сильно разреженном состоянии и распылён по всему пространству), а затем снова выбрасывает его на экваторе — после того как сильный жар этой области снова рассеивает элементы, которые временно соединились при горении?

(13) Нельзя ли дать какой-нибудь ключ к разгадке причин изменения магнитного склонения: суточным колебаниям в определённых местах и явно капризным изгибам изогон — линий равного магнитного склонения? Например, как объяснить, что в Восточной Азии имеется область, где стрелка не даёт никаких отклонений от точного направления на север, хотя всюду вокруг этого места наблюдаются отклонения?

(14) Могут ли быть открыты какие-то другие планеты помимо известных современной астрономии (я имею в виду не только малые планеты) с помощью физических приборов, если их надлежащим образом настроить?

(16)* Вы говорите: «Запомните, что мы создаём сами свой дэвачен и свой авичи, и главным образом в течение последних дней и даже мгновений своей чувственной жизни».

(17) Но разве мысли, которыми ум может быть занят в последнее мгновенье, неизбежно зависят от преобладающего характера прожитой человеком жизни? В противном случае выходило бы, будто характер дэвачена или авичи той или иной личности может определяться капризной и несправедливой игрой случая, который в последнюю минуту выталкивает на поверхность какую-то особую мысль?

(18)* «Полное воспоминание наших жизней придёт лишь в конце малого цикла».

Означает ли здесь малый цикл один большой круг или же всю манвантару нашей планетной цепи?

То есть, вспоминаем ли мы наши прошлые жизни в Дэвачене мира Z в конце каждого большого круга или же только в конце седьмого большого круга?

Вы говорите:

(19)* «И даже оболочки тех хороших людей, страница жизни которых не окажется недостающей в великой Книге Жизней, — даже они вновь обретут свои воспоминания и подобие самосознания только после того, как шестой и седьмой принципы с квинтэссенцией пятого перейдут в состояние созревания».

(20)* И немного дальше:

«Было ли личное эго хорошим, плохим или ни таким и ни другим — сознание покидает его так же внезапно, как пламя оставляет фитиль, его способности восприятия угасают навсегда».

(Ну так что же? Разве может физический мозг, раз он мёртв, сохранять способность восприятия; то же, что воспринимает в оболочке, делает это посредством заимствованного или отражённого света. См. заметки.)†† Фраза в скобках вписана Учителем в текст вопроса. — Ред.

В таком случае — какова же природа воспоминаний и самосознания оболочки?

Это имеет отношение к вопросу, о котором я часто думаю — желая дальнейших объяснений: степень тождественности личности в элементариях.

(21) Духовное эго в круговращениях проходит через миры, всегда сохраняя ту степень тождественности и самосознания, какой оно обладает, не больше и не меньше. (а) Но оно непрерывно порождает личности, в которых в любом случае, пока оно будет соединено с ними, ощущение тождественности очень развито... (е) Будет ли оболочка по-прежнему кем-то, о ком духовное эго будет думать, даже по смерти, как о лице, которое было ему известно, — или же она будет сознавать, что индивидуальность ушла? Будет ли она вообще способна размышлять о себе и вспоминать что-нибудь о своих прежних высших интересах? Вспомнит ли она имя, которое носила прежде? (ж) Или же она наполняется воспоминаниями такого рода только в присутствии медиума, оставаясь в другое время спящей? (з) И осознаёт ли она утрату подобия жизни по мере того, как постепенно распадается?

(22) Какова природа жизни, протекающей на «Планете смерти»?

(23) Какие другие планеты из известных обычной науке, кроме Меркурия, принадлежат к нашей системе миров?

Представляют ли собой более духовные планеты — A, B и Y, Z  — видимые небесные тела, или же все известные астрономии небесные тела относятся к более материальному виду?

(24) Не есть ли Солнце, (а) как утверждает Алан Кардек, место обитания высокоодухотворённых существ? (б) Не есть ли оно вершина нашей манвантарной цепи? А также всех других цепей в этой солнечной системе?

(28) Обскурации — это вопрос, который в настоящее время покрыт мраком.*

Обращаясь к единственному предыдущему письму, в котором вы коснулись обскураций, я нахожу:

(а)* «Мы проследили человека одного большого круга до нирванического состояния между Z и А. Планетный шар А остался в последнем большом круге мёртвым. (См. заметки.)†† Слова в скобках вписаны Учителем в текст вопроса. — Ред. С началом нового большого круга его захватывает новый прилив жизни, он вновь пробуждается для жизнедеятельности и порождает все свои царства, до самого последнего, уже на более высокой ступени».

(29) Но должен ли он опять начинать всё заново между каждым большим кругом и развивать человеческие формы из животных, те — из растений и т.д.? Если так, то к какому большому кругу принадлежат первые несовершенно развитые люди? В соответствии с прежней гипотезой — к пятому; но пятая должна быть более совершенной расой во всех отношениях.

(1) Изучающий оккультизм не должен говорить о «закоснелом состоянии людей четвёртой расы», ибо история почти ничего не знает об этом состоянии — «вплоть до начала современного прогресса» — у других народов, кроме западных. Что вы, к примеру, знаете об Америке до вторжения в неё испанцев? Менее чем за два столетия до прибытия туда Кортеса* там происходил такой же «рывок» к прогрессу среди подрас Перу и Мексики, какой наблюдается сейчас в Европе и США. Их подраса завершилась почти полным уничтожением по причинам, порождённым ею самой; то же произойдёт и с вашей в конце её цикла. Мы можем говорить лишь о «закоснелом состоянии», в которое, следуя закону развития, роста, зрелости и упадка, впадает каждая раса и подраса во время своих переходных периодов. Только последнее состояние известно вашей Всеобщей Истории, пребывающей в полном неведении даже относительно того состояния, в котором находилась Индия каких-нибудь десять веков назад. Ваши подрасы устремляются сейчас к высшей точке своих циклов, а ваша История не идёт в прошлое далее периодов упадка нескольких других подрас, принадлежащих в большинстве своём к предыдущей четвёртой расе. И каково же пространство и период времени, охватываемые её Всемирным оком? Самое большее — считанные, ничтожные дюжины веков. Мощный горизонт, воистину! А за ним — всё тьма для неё, ничего кроме гипотез...

(2) Несомненно существовали. Египетские и арийские хроники, и в особенности наши таблицы Зодиака, представляют нам все доказательства этого, не говоря уже о нашем внутреннем знании. Культура — это наследие, родовое достояние, переходящее от расы к расе по восходящим и нисходящим траекториям циклов. Во время малолетства одной подрасы Культура сохраняется для неё предшествующей подрасой, которая обычно исчезает, вымирает, когда та «достигает совершеннолетия». Вначале большинство из них расточительны и плохо распоряжаются своим достоянием или же оставляют его нетронутым в сундуках предков. Они презрительно отвергают советы старших и, словно мальчишки, предпочитают играть на улице, а не изучать и использовать наилучшим образом то нетронутое богатство, которое накоплено для них в наследии Прошлого. Так, во время вашего переходного периода — средневековья — Европа отвергла свидетельство древности, именуя таких мудрецов, как Геродот*, и прочих учёных греков — «Отец лжи», и лишь узнав кое-что, переменила это прозвище на «Отца истории». Вместо пренебрежения вы теперь накопляете и приумножаете своё богатство. Как и у всякой другой расы, у вас были свои взлёты и падения, свои периоды славы и бесчестия, своя тёмная полночь — а сейчас вы приближаетесь к своему блестящему полдню. Самая молодая подраса в семье пятой расы, вы на протяжении долгих веков оставались нелюбимой и заброшенной Золушкой в собственном доме. А теперь, когда столько ваших сестёр уже умерли, а другие всё ещё умирают; тогда как очень немногие из старших, оставшиеся в живых, пребывают сейчас во втором младенчестве, только и ожидая своего Мессию — шестую расу, чтоб воскреснуть к новой жизни и снова, вместе с грядущим новорождённым, двинуться по пути нового цикла, — теперь, когда эта западная Золушка внезапно превратилась в гордую, богатую принцессу, красавицу, на которую все мы взираем в восхищении, — как же она поступает? Менее добросердечная, нежели принцесса из сказки, вместо того чтоб предложить своей старшей и менее обласканной судьбой сестре, фактически самой старшей сейчас, ибо ей почти «миллион лет», и единственной, которая никогда не обращалась с нею плохо, хотя, возможно, и не замечала её, — вместо того, повторяю, чтоб предложить ей «поцелуй мира», она применяет к ней lex talionis*, притом с мстительностью, которая отнюдь не умножает её природную красоту. Это, мой любезный друг и брат, вовсе не преувеличенная аллегория, но — история.

(3) Да; пятая раса — наша — возникла в Азии миллион лет назад. Чем же она занималась в течение 998000 лет, предшествовавших последним 2000? Уместный вопрос, и поставленный к тому же во вполне христианском духе, который отказывается верить, что что-либо доброе могло произойти где-либо и когда-либо ранее и кроме как в Назарете*. Чем же она занималась? Что ж, она весьма благополучно занималась тем же, чем и теперь, — вымаливая прощение у г-на Гранта Аллена*, который упорно относит нашего примитивного предка, «дикообразного» человека, к периоду раннего эоцена*! Поистине ваши писатели по части науки седлают свои гипотезы крайне бесстрашно, как я вижу. И будет действительно жаль, когда в один прекрасный день их ярый скакун начнёт лягаться и сломит им шею, что неизбежно ожидает их в будущем.

В эоцене, именно в его «самом начальном периоде», большой цикл людей четвёртой расы — атлантов — уже достиг своей наивысшей точки, и огромный материк, отец почти всех нынешних континентов, обнаружил первые признаки погружения — и процесс этот продолжался до времени, отстоящего от нас на 11446 лет, когда его последний остров (который, переводя его местное наименование, мы можем довольно точно назвать Посейдоном*) пошёл ко дну со страшным грохотом.

Смешивать Лемурию с Атлантическим континентом допустимо не более, нежели Европу с Америкой. Оба они погрузились и были затоплены вместе со своей высокой цивилизацией и «богами», однако эти две катастрофы разделил небольшой отрезок времени, около 700000 лет. «Лемурия» процветала и закончила своё существование именно за такой пустячный промежуток времени до начала раннего эоцена, так как её раса была третьей. Усмотрите остатки этого некогда великого народа в некоторых плоскоголовых аборигенах вашей Австралии! Не менее прав рецензент, отвергая милую попытку авторов заселить Индию и Египет остатками атлантов.

Без сомнения, ваши геологи весьма образованны, но почему бы не принять во внимание, что под исследованными и промеренными ими материками, в недрах которых они отыскали «эпоху эоцена» и заставили её выдать им свои тайны, могут оказаться — глубоко скрытые в неизмеримых или, скорее, неизмеренных глубинах океана — другие, и куда более древние континенты, чьи пласты никогда не были геологически исследованы; и что они могут, в один прекрасный день, полностью опрокинуть их теперешние теории, иллюстрируя таким образом простоту и величие истины, соединённой с индуктивным «обобщением», в противовес их призрачным предположениям. Почему бы не допустить — на самом деле никому из них такая мысль и в голову не приходила, — что наши нынешние материки, подобно «Лемурии» и «Атлантиде», уже по нескольку раз уходили под воду и со временем появлялись вновь, чтобы нести новые группы человечества и цивилизаций; и что с первым большим геологическим поднятием при ближайшем катаклизме — в ряду периодических катаклизмов, которые происходят от начала и до конца каждого большого Круга, — наши уже вскрытые материки опустятся, тогда как Лемурии и Атлантиды снова подымутся.

Представьте себе будущих геологов шестой и седьмой рас — как они проводят глубокие раскопки в недрах того, что было Цейлоном или Симлой*, и находят утварь веддов* или отдалённых предков цивилизованных пахари* (причём все предметы цивилизованной части человечества, населявшего эти области, уже превращены в пыль огромными массами движущихся ледников в течение ближайшего ледникового периода), — представьте себе, как они находят лишь такие грубые орудия и утварь, какие сейчас встречаются у диких племён, и тотчас заявляют, что в течение данного периода первобытный человек лазил по деревьям и спал на них, и высасывал костный мозг из костей животных — что и цивилизованные европейцы делают не реже и с не меньшей охотой, чем ведды, — а отсюда перескакивают к заключению, что в году 1882 по Рожд.Хр. человечество состояло из «человекообразных животных», лицом чёрных и волосатых, с «выдающимися челюстями и большими острыми клыками». Такова ваша наука. Но вернёмся к вашим вопросам.

Конечно, у 4-й расы были свои периоды высочайшей цивилизации. Греческая, римская и даже египетская цивилизации — ничто в сравнении с теми, которые появились с 3-й расой. Представители 2-й расы не были дикарями, но их нельзя назвать цивилизованными. Греки и римляне были малыми подрасами, египтяне же — составная и неотъемлемая часть нашего «кавказского» рода. Обратите внимание на последних и на Индию. Достигнув высочайшей цивилизации и, больше того, учёности — и те и другие пошли вниз. Египет — как определённая подраса — исчезает полностью (её копты — остатки гибридов). Индия — как одно из первых и наиболее могущественных ответвлений основной расы, состоящее из многих подрас, — дожила до наших дней и прилагает все усилия, чтобы в будущем ещё раз занять своё место в истории. В вашей Истории первые проблески сведений о Египте, сведений скудных, рассеянных и туманных, относятся к временам около 12000 лет тому назад, когда, за тысячелетия перед тем уже достигнув высшей точки своего цикла, он пошёл вниз. Что же знает или может знать она о том, какой была Индия 5000 лет назад, или о халдеях, которых она так мило смешивает с ассирийцами, превращая их сегодня в «аккадийцев», завтра в туранцев и так далее! И потому мы говорим, что ваша История совсем запуталась.

Знаете ли вы, что халдеи достигли зенита своей оккультной славы ещё до того, как наступил ваш «бронзовый век»? Что «Сыны Ад»* или дети Огненного Тумана жили за сотни веков до «железного века», который уже был глубокой древностью, когда исторический период, как сейчас это у вас именуется (вероятно потому, что всё, что о нём известно, это в основном не история, а вымысел), только-только начинался. Мы утверждаем, что гораздо «более крупные цивилизации, чем наша, возникали и гибли». Сказать, как некоторые ваши современные писатели, что ещё до возникновения Рима и Афин существовала некая исчезнувшая цивилизация, — этого явно недостаточно. Мы утверждаем, что существовал целый ряд цивилизаций до, так же как и после ледникового периода; что они существовали в разных точках земного шара, достигали зенита славы и — умирали. Никаких следов и воспоминаний не сохранилось об ассирийской и финикийской цивилизациях, пока не начались открытия последних лет. А теперь они раскрывают новую, хотя далеко не из самых ранних, страницу в истории человечества. И всё же, насколько древни эти цивилизации в сравнении с самыми древними? — но даже и их история не решается принять.

Архео-геология достаточно убедительно показала, что память человеческая простирается в глубь веков гораздо дальше, чем это склонна признавать история, а сокровенные свидетельства некогда могущественных народов, сохранённые их наследниками, ещё более достойны доверия. Мы говорим о цивилизациях доледникового периода, и (не только для обывателя и профана, но даже с точки зрения высокоучёного геолога) это наше заявление прозвучит нелепо. Что же тогда сказали бы вы на наше утверждение, что китайцы — я говорю сейчас о настоящих китайцах внутреннего Китая, а не о гибридном смешении четвёртой и пятой рас, находящемся ныне у власти, — коренные китайцы, которые в своей чистокровной национальности всецело принадлежат к высшей и последней ветви четвёртой расы, достигли наивысшего уровня своей цивилизации, когда пятая раса только-только появилась в Азии и когда первые её ответвления были ещё делом будущего. Когда же это было? Подсчитайте. Нелепо было бы думать, что мы, при таких огромных шансах против принятия нашей доктрины, продолжали бы сознательно изобретать расы и подрасы*, не будь они неопровержимым фактом.

Группа островов близ сибирского побережья, открытая Норденшельдом* на «Веге», оказалась усеянной ископаемыми останками лошадей, овец, быков и т.д. вперемешку с гигантскими костями слонов, мамонтов, носорогов и прочих чудищ, относящихся ко временам, когда человек — как гласит ваша наука — ещё не появился на Земле. Как же это вышло, что лошади и овцы оказались в одной компании с «допотопными» громадинами? Лошадь, учат нас в школе, — довольно-таки современное изобретение природы, и никто не видел её ископаемого предка. Упомянутая группа сибирских островов опровергает эту удобную теорию. Эта область, в настоящее время заключённая в оковы вечной зимы и необитаемая человеком — этим самым хрупким из животных, — не только имела, как вскоре будет доказано, тропический климат (что вашей науке известно и не оспаривается), но и была также колыбелью одной из древнейших цивилизаций четвёртой расы, высочайшие остатки которой мы сегодня обнаруживаем в выродившемся китайце, а самые низшие — безнадёжно (для невежественного учёного) перемешаны с остатками третьей расы.

Я уже говорил вам, что самый высокий (духовно) тип людей сейчас на Земле относится к первой подрасе пятой коренной расы — это арийцы-азиаты; самая же высокая раса (физический ум) — это последняя подраса пятой, вы сами, белые завоеватели. Большинство человечества принадлежит к седьмой подрасе четвёртой коренной расы: вышеупомянутые китайцы и их ответвления и веточки (малайцы, монголы, тибетцы, яванцы и т.д. и т.д.), и к остаткам других подрас четвёртой расы — и к седьмой подрасе третьей расы. Все эти павшие, выродившиеся подобия человечества — прямые потомки высокоцивилизованных народов, память о которых, как и сами их названия, сохранились лишь в таких книгах, как Пополь-Вух*, и ряде других, науке неизвестных.

(4) Ко временам миоцена. В эволюции Кругов всё происходит в своё назначенное время и в своей назначенной точке, иначе и самому лучшему ясновидцу было бы невозможно вычислить точный час и год, когда должны произойти такие крупные или малые катаклизмы. И всё, что адепт мог бы сделать, это предсказать приблизительное время; тогда как ныне события, которые заканчиваются крупными геологическими изменениями, могут быть предсказаны с такой же математической точностью, как и затмения и другие пространственные изменения. Погружение Атлантиды (группы материков и островов) началось в миоценскую эпоху — как и сейчас наблюдается постепенное погружение некоторых ваших материков — и достигло своей кульминации: сначала — когда окончательно исчез самый большой материк (событие, совпавшее с подъёмом Альп), а затем — когда ушёл под воду последний из прекрасных островов, о котором упоминает Платон*. Египетские жрецы Саиса рассказали его предку Солону, что Атлантида (т.е. единственный оставшийся большой остров) погибла 9000 лет тому назад. Это число не вымышлено, ибо на протяжении тысячелетий они самым тщательным образом сохраняли свои исторические свидетельства. Но они поведали тогда лишь о «Посейдоне» и не пожелали выдать свою сокровенную хронологию даже великому греческому законодателю. Так как нет геологических причин сомневаться в этом предании, но напротив, имеется огромное количество свидетельств в подтверждение его, то наука наконец признала существование этого огромного континента и архипелага и тем самым подтвердила истинность ещё одной «басни». Она учит теперь, как вам известно, что Атлантида или её остатки просуществовали вплоть до послекайнозойских времён и что её окончательное погружение произошло в палеозойский период американской истории! Ну что ж, истина и факт должны быть благодарны даже и за такие малые одолжения, ввиду полного отсутствия таковых на протяжении многочисленных предшествующих столетий. Глубоководные морские исследования, в особенности проведённые «Челленджером»*, полностью подтвердили сообщения геологии и палеонтологии. Великое событие — торжество наших «Сынов Огненного Тумана», обитателей «Шамбалы» (в то время ещё остров в Центральноазиатском море), над эгоистичными, если и не окончательно безнравственными магами Посейдона, — произошло ровно 11446 лет тому назад.

Конечно, ваша наука права во многих своих обобщениях, но предпосылки её неверны или, во всяком случае, во многом ошибочны. Например, она права, утверждая, что во времена образования новой Америки древняя Атлантида опускалась и постепенно уходила под воду; но она ошибается как в приводимых ею эпохах, так и в вычислениях длительности этого погружения. Такова же и грядущая судьба ваших Британских островов, первых в списке жертв, которые будут уничтожены огнём (подводными вулканами) и водою; Франция и другие страны последуют за ними. Когда они появятся вновь, последняя, седьмая подраса шестой коренной расы нынешнего человечества будет процветать на «Лемурии» и «Атлантиде», которые также появятся вновь (причём их новое появление произойдёт тотчас же после исчезновения теперешних островов и материков), и очень мало морей и великих океанов окажется тогда на земном шаре, поскольку воды, так же как и земля, появляются, исчезают и перемещаются периодически, все в свой черёд.

Приближение каждой новой «обскурации» всегда возвещается катаклизмами — огнём или водою. Но, помимо этого, каждый «малый круг», или коренная раса, должна быть рассечена, так сказать, надвое одною из этих стихий. Так, достигнув вершины своего развития и славы, четвёртая раса — атланты были уничтожены водою, и теперь вы встречаете лишь их выродившиеся, падшие остатки, чьи подрасы тем не менее, и притом каждая из них, имели свои счастливые дни славы и относительного величия. Каковы они сейчас — такими же будете и вы, ибо закон циклов един и неизменен. Когда ваша раса — пятая — достигнет зенита в развитии своего физического ума и разовьёт наивысшую цивилизацию (припомните различие, которое мы проводим между материальной и духовной цивилизациями), и будет уже не в состоянии подняться выше в своём цикле, её продвижение в направлении абсолютного зла будет остановлено (так же как и её предшественники лемурийцы и атланты, люди третьей и четвёртой рас, были остановлены в своём продвижении к тому же) одним из таких изменений, носящих характер катаклизма. Её великая цивилизация будет уничтожена, и все подрасы этой расы пойдут вниз в своих циклах, после короткого периода славы и учёности.

Обратите внимание на остатки атлантов — на древних греков и римлян (нынешние все принадлежат пятой расе): как велики и как кратки, как непродолжительны были дни их известности и славы! Ибо они были лишь подрасами семи ответвлений «коренной расы». Единый Правящий Закон не позволяет материнской расе, как и её подрасам и ответвлениям, нарушать прерогативы расы или подрасы, следующей за нею; и менее всего позволяет он посягать на знание и силы, сохраняемые для её преемника. «Да не будешь ты вкушать плода познания Добра и Зла от древа, растущего для твоих наследников»*. Это «древо» охраняется нами, доверенное нам Дхьян-Каганами, покровителями нашей расы и Хранителями рас грядущих. Постарайтесь понять эту аллегорию и не упускайте из виду намёк, данный вам в моём письме о Планетных духах*.

В начале каждого большого Круга, когда человечество появляется при совсем иных условиях, нежели те, которые складываются при рождении каждой новой расы и её подрас, один «Планетный дух» должен войти в общение с этими первозданными людьми, освежить их память и раскрыть им истины, которые они знали в предыдущем Круге. Отсюда спутанные традиции об Иеговах*, Ормуздах*, Осирисах, Брахмах и tutti quanti*. Но такое происходит лишь ради первой расы. И это её долг — избрать среди своих сынов достойных преемников, которые — употребляя библейское выражение — «избираются» как сосуды, дабы вместить весь запас знания, который будет распределён между будущими расами и поколениями до завершения этого Круга. К чему мне говорить что-то ещё, раз вы и так должны понять всё, что я имею в виду, — и то, что я не смею раскрыть это полностью. В каждой расе были свои адепты, и с каждой новой расой нам позволено выдать людям этой расы из нашего знания столько, сколько они заслужили. У последней, седьмой расы будет свой Будда, как и у каждой из её предшественниц; но её адепты будут гораздо выше любого адепта нынешней расы, ибо среди них будет пребывать будущий Планетный дух, Дхьян-Каган, долгом которого будет наставить или «освежить память» людей первой расы пятого большого Круга, после будущей обскурации этой планеты.

(6) То, что выходит в конечном итоге, это не просто «чистый и безличный дух», но совокупные «личные» воспоминания, снимаемые, наподобие сливок, с каждого нового пятого принципа на протяжении длинного ряда существований. И если «в конечном итоге» — скажем, через каких-нибудь миллион миллионов лет от сего дня — духу суждено покоиться в своём чистом, безличном небытии как Единое или абсолют, всё же в этом цикловом процессе должен заключаться «какой-то смысл», поскольку каждое очищенное эго имеет возможность в долгие промежутки между объективным бытием на планетах существовать как Дхьян-Каган — от низшего обитателя Дэвачена до высочайшего Планетного духа, наслаждаясь плодами своих совокупных жизней.

Но что такое «дух» чистый и безличный сам по себе? Возможно ли, чтобы вы до сих пор ещё не уяснили себе нашу мысль? Ведь такой дух есть ничто, чистая абстракция, абсолютная пустота для наших чувств — даже для самых духовных. Он превращается в нечто лишь в сочетании с материей — следовательно, он всегда есть нечто, раз материя бесконечна и неразрушима и не существует без духа, который в материи есть Жизнь. Отделённый от материи, он становится абсолютным отрицанием жизни и бытия, тогда как материя нераздельна с ними. Спросите тех, кто выдвигает возражения, знают ли они что-либо о «жизни» и «сознании» сверх того, что они ощущают ныне на земле? Какое представление может у них быть — если только они не прирождённые ясновидцы — о состоянии и сознании индивидуальности после того, как она отделилась от своего грубого земного тела? В чём же смысл всего процесса жизни на земле — в свою очередь могли бы вы спросить их, — если мы, фактически, «чистые» бессознательные сущности до рождения, во время сна и в конце нашей жизни? Разве смерть, согласно науке, не влечёт за собой то же самое состояние бессознательности, что и до рождения? Разве жизнь, покидая наше тело, не становится такой же безличной, какой она была до того, как оживила утробный плод? Жизнь, в конце концов, величайшая проблема в кругу человеческих идей, — это тайна, которую величайшим из ваших учёных никогда не разрешить.

Чтобы быть правильно понятою, жизнь должна изучаться в полном объёме её проявлений, иначе её никогда не удастся не только что охватить, но даже понять в её простейшем виде — жизни как состоянии бытия на этой Земле. Невозможно постичь её, пока она изучается в отрыве и отдельно от жизни всемирной. Чтобы разрешить эту великую проблему, нужно стать оккультистом; подвергнуть её личному анализу и исследованию во всех её фазах: жизнь на земле, жизнь за пределами физической смерти, жизнь минерала, растения, животного и жизнь духовная; жизнь в сочетании с конкретной формой материи, так же как и жизнь, присущая невесомому атому. Пусть они попытаются исследовать или проанализировать жизнь отдельно от организма, и что же останется от неё? Просто вид движения, который так и останется неразгаданным до тех пор, пока не будет принята наша доктрина о всепроникающей, бесконечной, вездесущей Жизни — пусть даже только на правах гипотезы, лишь немного более разумной, нежели их научные гипотезы, которые все нелепы. Они возразят? Что ж, мы ответим им, прибегнув к их же оружию. Мы скажем: доказано и останется таковым навсегда, что раз движение всепроникающе, а абсолютный покой немыслим, то в каком бы виде или под какой бы личиной ни проявлялось движение — будь то свет, тепло, магнетизм, химическое сродство или электричество, — всё это лишь фазы Единой и всё той же самой всемирной всемогущей Силы, Протея, которому они поклоняются как Великому «Неизвестному»* (см. Герберта Спенсера), а мы просто называем «Единою Жизнью», «Единым Законом» и «Единым Элементом».

Величайшие, самые учёные земные умы страстно устремлялись к разрешению этой тайны, не оставив неисследованной ни одной боковой тропинки и ни одной свисающей или слабой нити, за которую бы они ни ухватились в этом самом тёмном для них из лабиринтов, и все они неизбежно приходили к одному и тому же заключению — заключению оккультистов, если привести его лишь частично: а именно, что жизнь в её конкретных проявлениях есть законный результат и следствие химического сродства; что же касается жизни в её отвлечённом смысле, жизни как таковой, — что ж, о ней они и сегодня знают не больше, чем при зарождении их Королевского общества. Они знают только, что в некоторых растворах, до того лишённых признаков жизни, самопроизвольно возникают живые существа, — благодаря определённым химическим составам этих субстанций.

Я мог бы с удовольствием продемонстрировать вам на вашем же письменном столе, что жизнь, как жизнь, не только превращаема в другие виды или фазы всепроникающей Силы, но что её и на самом деле можно вдохнуть в искусственного человека. Франкенштейн* есть миф лишь поскольку он герой мистической сказки; в природе же он вполне возможен; и физики и медики последней подрасы шестой расы будут прививать жизнь и оживлять трупы, как они сейчас прививают оспу и часто более неприглядные болезни. Дух, жизнь и материя — это не природные принципы, существующие независимо друг от друга, но суть следствия сочетаний, порождаемых вечным движением в Пространстве, — и лучше бы им усвоить это.

(8) Конечно же имеют. Дождь может быть вызван в небольшой области в пространстве — искусственно и без всяких притязаний на чудо или сверхчеловеческие силы, хотя секрет этот не относится к моей собственности, и потому я не вправе разглашать его. В настоящее время я пытаюсь получить на это разрешение. Мы не знаем ни одного явления в природе, не связанного так или иначе с магнетизмом или с электричеством, ибо где только есть движение, тепло, трение, свет, там неизменно обнаруживаются магнетизм и его alter ego* — электричество — либо как причина, либо как следствие, или, вернее, как то и другое, если только мы проследим данное проявление до его первопричины. Все явления земных токов, земного магнетизма и атмосферного электричества вызваны тем, что Земля — это наэлектризованный проводник, потенциал которого постоянно меняется из-за её вращения и годового орбитального движения, последовательного охлаждения и нагревания воздуха, образования туч и дождя, бурь и ветров и т.д. Возможно, вы найдёте это в каком-нибудь учебнике. Но ведь наука не захочет допустить, что все эти изменения обусловлены магнетизмом Акаши, беспрестанно порождающим электрические токи, которые стремятся восстановить нарушенное равновесие. Применив самую мощную из электрических батарей — человеческое тело, наэлектризованное известным способом, вы можете остановить дождь в заданном месте, проделав «дыру в дождевой туче», как выражаются оккультисты. Употребив другие, сильно намагниченные орудия в пределах, так сказать, отдельно взятой области, можно вызвать искусственный дождь. К сожалению, я не в состоянии объяснить вам этот процесс более понятно. Вы знаете о воздействии, оказываемом деревьями и растениями на дождевые облака, и что присущий им сильный магнетизм притягивает и даже питает эти тучи над верхушками деревьев. Наука, возможно, объясняет это иначе. Что ж, тут я ничего не могу поделать, ибо таково наше знание и плоды тысячелетнего опыта и наблюдений.

Пусть физики подсчитают количество тепла, необходимое для превращения в пар известного количества воды. Затем пусть вычислят количество дождя, необходимое, чтобы пролить участок земли площадью, скажем, в одну квадратную милю на глубину в один дюйм. Для испарения такого количества воды им, конечно, потребуется столько тепла, сколько могут дать самое меньшее пять тысяч тонн* угля. Далее, количество энергии, которое эквивалентно таким затратам тепла, соответствует (это вам скажет любой математик) той энергии, которая потребовалась бы для поднятия груза в десять миллионов тонн на высоту в одну милю. Как может один человек произвести такое количество тепла и энергии? Нелепость, бессмыслица! — мы все помешанные, и вы, слушающие нас, будете причислены к этой же категории, если когда-либо отважитесь повторить сказанное мною. И тем не менее я утверждаю, что и один человек может сделать это, причём очень легко, если только он ознакомлен с неким внутренним «физико-духовным» рычагом в себе самом, гораздо более мощным, нежели рычаг Архимеда.

Даже простое мускульное сокращение всегда сопровождается электрическими и магнитными явлениями, и существует сильнейшая связь между магнетизмом Земли, переменами погоды и человеком, который есть лучший живой барометр, если бы только он умел читать эти показания. Опять-таки, состояние неба всегда может быть определено по изменениям показаний магнитных приборов. Вот уже несколько лет мне не доводилось читать о выводах науки на эту тему; посему, пока я не потрудился наверстать то, что могло остаться для меня неизвестным, я могу и не знать последних заключений науки. Но для нас не подлежит сомнению, что именно земной магнетизм вызывает ветер, бури и дождь. Всё, что наука, похоже, знает о нём, — это лишь вторичные признаки, неизменно ему сопутствующие, и она, возможно, очень скоро обнаружит свои нынешние заблуждения.

Магнитное притяжение Землёй метеорной пыли и прямое воздействие последней на резкие перепады температуры, особенно в отношении тепла и холода, — это, я полагаю, нерешённый вопрос и по сей день†† Д-р Фипсон* в 1867 г. и Купер Раньярд* в 1879 г. выдвигали такую теорию*, но тогда она была отвергнута.. Высказывались сомнения в том, имеет ли сам факт прохождения нашей Земли через область пространства, содержащую большее или меньшее количество метеорных масс, какое-либо отношение к увеличению или уменьшению высоты нашей атмосферы или даже просто к погодным условиям. Но мы считаем, что легко можем доказать это; и раз они допускают, что относительное распределение и соотношение суши и воды на земном шаре может быть следствием большого скопления на нём метеорной пыли, ибо снег — в особенности в наших северных областях — полон метеорного железа и магнитных частиц, и отложения последних встречаются даже на дне морей и океанов, — то я удивляюсь, как это наука до сих пор не поняла, что все атмосферные изменения и возмущения обусловлены сочетанием магнетизма этих двух больших масс, между которыми зажата наша атмосфера! Я называю эту метеорную пыль «массой», ибо она действительно такова. Высоко над поверхностью нашей Земли воздух пропитан и пространство наполнено магнитной, или метеорной, пылью, которая даже не принадлежит к нашей солнечной системе. Наука, по счастью, открыла, что наша Земля, мчась в пространстве вместе со всеми другими планетами, получает большую часть этого пылевидного вещества на своё северное полушарие, нежели на южное; и ей известно, что этим объясняется количественное преобладание материков в северном полушарии, а также большее обилие там снега и влаги. Миллионы таких метеоров и даже мельчайших частиц попадают к нам ежегодно и ежедневно, и все наши храмовые ножи сделаны из этого «небесного» железа, которое попадает к нам, не претерпев никаких изменений: магнетизм Земли удерживает их в сцепленном состоянии. Наша атмосфера постоянно пополняется газообразным веществом вследствие непрестанного падения на неё метеорного вещества с сильно выраженными магнитными свойствами, и тем не менее для них ещё остаётся открытым вопрос, имеют ли магнитные условия какое-либо отношение к выпадению дождя или нет!

Я не знаю ни о какой «совокупности движений, созданной давлением, расширением и проч. и обусловленной в первую очередь солнечной энергией». Наука приписывает слишком много и в то же время слишком мало «солнечной энергии» и даже самому Солнцу; притом Солнце не имеет вообще никакого отношения к дождю и очень слабое к теплу. Мне казалось, что наука уже осознала, что ледниковые периоды, так же как и периоды с температурой «как в каменноугольном веке», обусловлены уменьшением и увеличением или, скорее, расширением нашей атмосферы, — расширением, которое само обязано тому же метеорному присутствию? Во всяком случае, мы все знаем, что тепло, которое получает Земля от излучения Солнца, составляет от силы одну треть, если не меньше, общего количества тепла, получаемого ею непосредственно от метеоров.

(9) Назовёте ли вы это хромосферой или же атмосферой — ни то, ни другое слово не годится; ибо это просто магнитная и всегда присутствующая аура Солнца, видимая астрономами только в краткие и редкие мгновения при затмениях, а некоторыми нашими чела как только они того пожелают — конечно, если они привели себя в известное состояние. Аналог тому, что астрономы называют красными языками пламени в «короне», можно видеть в кристаллах Рейхенбаха* или в любом другом теле с сильно выраженными магнитными свойствами.

Голова человека, пребывающего в состоянии сильного экстаза, когда всё электричество его системы сконцентрировано вокруг мозга, будет в такие периоды — особенно в темноте — совершенным подобием Солнца. Первый художник, написавший ореол вокруг головы своих богов и святых, сделал это не по вдохновению, но на основании храмовых изображений и традиций святилищ и мест посвящений, где подобные явления имели место. Чем ближе к голове или к телу, выделяющему ауру, — тем излучение сильнее и лучезарнее (благодаря водороду, говорит нам наука, — в случае языков пламени); отсюда — неправильные красные языки пламени вокруг Солнца, или «внутренняя корона». Тот факт, что они не всегда присутствуют в одинаковом количестве, свидетельствует лишь о постоянной флуктуации магнитной материи и её энергии, от которой тоже зависит разнообразие и число пятен. В периоды магнитной инерции пятна исчезают или, скорее, остаются невидимыми. Чем дальше отбрасывается излучение, тем оно становится менее интенсивным, пока, постепенно убывая, не исчезает вовсе; отсюда — «внешняя корона», чья лучевидная форма всецело обусловлена этим явлением и лучезарность которой проистекает от магнитных свойств материи и электрической энергии, а вовсе не от раскалённых частиц, как утверждают некоторые астрономы.

Всё это ужасно ненаучно — тем не менее это факт, к которому я могу добавить ещё один, напомнив вам, что видимое нами Солнце вовсе не есть центральная планета нашей маленькой Вселенной, но всего лишь её покров или отражение.* Наука сталкивается с чрезвычайными трудностями при изучении этой планеты, которых, по счастью, для нас не существует; и прежде всего — с постоянным дрожанием нашей атмосферы, которое не позволяет им правильно судить даже о том немногом, что они действительно видят. Это затруднение никогда не стояло на пути древних халдейских и египетских астрономов, так же оно не служит препятствием и для нас, поскольку у нас имеются средства для прекращения, или нейтрализации, подобного дрожания — в силу нашего знания всех состояний Акаши. Так же как и секрет дождя, эта тайна — если бы мы и выдали её — окажется для ваших учёных бесполезной в практическом отношении, если только они не станут оккультистами и не положат долгие годы на приобретение сил. Только представьте себе Гексли* или Тиндаля, изучающих Йога-видью*! Отсюда то множество ошибок, в которые они впадают, и противоречивые гипотезы ваших самых крупнейших авторитетов. Например: Солнце изобилует парами железа — это доказано при помощи спектроскопа, показывающего, что свет короны состоит главным образом из линии в зелёной части спектра, почти совпадающей с линией железа. Тем не менее профессора Юнг* и Локьер* отвергли это, под тем остроумным предлогом, если не ошибаюсь, что если бы корона состояла из мельчайших частиц, подобно пылевому облаку (а именно это мы и называем «магнитной материей»), то эти частицы 1) упали бы на солнечное тело; 2) известно, что кометы проходят сквозь этот пар без какого-либо видимого воздействия на них с его стороны; 3) спектроскоп проф.Юнга показал, что линия короны не совпадает с линией железа, и т.д. Но с какой стати они называют эти возражения «научными», это превыше нашего понимания.

1) Причина, по которой эти частицы — раз уж они их так называют — не падают на солнечное тело, самоочевидна. Имеются силы, сосуществующие с силой тяготения, о которых они ничего не знают, помимо ещё и того, что, строго говоря, тяготения нет, а есть лишь притяжение и отталкивание. 2) Каким образом могло бы указанное прохождение сказаться на кометах, раз их «прохождение сквозь» есть просто оптический обман; они не могли бы пересечь область притяжения, не будучи тотчас же уничтожены той силою, о которой никакой врил* не в состоянии дать верного представления, ибо на Земле нет ничего, что можно было бы сопоставить с нею. При том, что кометы проходят сквозь «отражение», не удивительно, что указанный пар не оказывает «никакого видимого воздействия на эти лёгкие тела». 3) Линия короны, наблюдаемая через лучшие «дифракционные спектроскопы», может казаться и не совпадающей с линией железа, но тем не менее корона содержит железо, как и другие пары. Сообщать вам, из чего она состоит, — бесполезно, ибо я не в состоянии перевести слова, которыми мы для этого пользуемся, да и вещества такого нет больше нигде (по крайней мере, в нашей солнечной системе) — кроме как на Солнце.

На самом деле то, что вы зовёте Солнцем, есть просто отражение огромной «кладовой» нашей Системы, в которой порождаются и сохраняются все её силы и энергии. И поскольку Солнце есть сердце и мозг нашей крошечной Вселенной, то мы могли бы сравнить его факелы — эти миллионы маленьких, ослепительно ярких тел, из которых состоит поверхность Солнца в отсутствие пятен, — с кровяными тельцами этого светила, хотя некоторые из них, как правильно предполагает наука, по размерам равняются Европе. Эти кровяные тельца суть электрическое и магнитное вещество в его шестом и седьмом состоянии. А что представляют собой эти длинные белые волокна, скрученные наподобие бесчисленных верёвок, из которых состоит полутень Солнца? И что — его центральная часть, которая выглядит как огромное пламя, заканчивающееся огненными языками, и прозрачные облака или, скорее, пары, образованные из тончайших нитей серебристого света, окружающего это пламя, — что это, как не магнитоэлектрическая аура — флогистон Солнца?

Наука может продолжать своё абстрактное теоретизирование до бесконечности, — однако до тех пор, пока она не откажется от двух или трёх своих главнейших заблуждений, она так и будет продвигаться ощупью во тьме. Некоторые из её наиболее серьёзных ошибок заключаются в ограниченности её представлений о законе гравитации; в отрицании ею того, что материя может быть невесома; в её новоизобретённом термине «сила» и в этой нелепой, молча принимаемой идее, что сила способна существовать сама по себе, или же проявляться в большей мере, нежели жизнь, — вне материи, независимо от неё или каким-то другим образом, нежели посредством материи: другими словами, что сила есть нечто совсем иное, нежели материя в одном из её высших состояний — последние три из которых по восходящей шкале отрицаются только потому, что наука ничего о них не знает; а также в её полнейшем неведении всемирного Протея — магнетизма и электричества, его функций и значения в хозяйстве природы. Укажите науке, что даже во дни упадка Римской империи, когда татуированный британец обыкновенно преподносил императору Клавдию* свой nazzur* «электронов» в виде нити янтарных бус, — даже тогда были люди, державшиеся в стороне от безнравственных масс и знавшие об электричестве и магнетизме больше, нежели они, нынешние учёные, — и наука посмеётся над вами.

Воистину, когда ваши астрономы, говоря о солнечном веществе, называют эти огни и языки пламени «облаками пара» и «газами, неизвестными науке» (ещё бы!) — гонимыми мощными вихрями и циклонами, — тогда как для нас это просто магнитная материя в своём обычном активном состоянии, — у нас появляется желание улыбнуться этим выражениям. Можно ли представить себе, что «солнечные огни питаемы чисто минеральным веществом...» — метеоритами, сильно насыщенными водородом, что создаёт «Солнцу далеко простирающуюся атмосферу раскалённого газа»? Мы знаем, что невидимое Солнце состоит из того, что не только не имеет наименования, но и несопоставимо ни с чем из того, что известно вашей науке — на Земле; и что его «отражение» тем более не содержит ничего похожего на «газы», минеральное вещество или огонь, хотя даже мы, говоря об этом на вашем цивилизованном языке, вынуждены прибегать к таким выражениям, как «пар» и «магнитная материя». И чтоб закончить с этой темой: изменения в короне не оказывают никакого воздействия на климат Земли, хотя пятна — оказывают, — и проф. Н.Локьер сильно ошибается в своих выводах. Солнце не представляет собой ни твёрдое, ни жидкое, ни даже газообразное планетное тело; но это гигантский шар электромагнитных сил, кладовая мировой жизни и движения, которые пульсируют из неё по всем направлениям, напитывая как мельчайший атом, так и величайшего гения одним и тем же веществом до конца Махаюги.

(10) Едва ли. Звёзды отстоят от нас по крайней мере в 500000 раз дальше, чем Солнце, а некоторые ещё во столько же раз дальше. К тому же мощные скопления метеорного вещества и дрожание атмосферы постоянно мешают вашим астрономам. Если б они смогли взобраться со своими телескопами на высоту этой метеорной пыли, они могли бы больше доверять своим фотометрам, нежели сейчас. А так — как можно доверять им? Как невозможно узнать с Земли действительную интенсивность этого света — а значит, не может быть и достоверного основания для вычисления величин и расстояний, — так же по сей день они ни в едином случае (за исключением одной звезды в Кассиопее) не установили верно, какие звёзды светят отражённым, а какие — собственным светом. Показания лучших фотометров для двойных звёзд не оправдывают ожиданий. В этом я убедился ещё весною 1878 г., следя за наблюдениями, проводимыми с помощью фотометра Пикеринга*. Разброс результатов наблюдений над одной звездой (вблизи Гамма Кита) достигал временами половины самой величины. До сих пор они, со всеми своими фотометрами, открыли вне солнечной системы лишь одну планету; тогда как мы, с помощью лишь своего духовного невооружённого глаза, знаем целый ряд таковых; ведь фактически у каждого вполне развившегося солнца-звезды имеется, как и в нашей системе, несколько спутников-планет. Знаменитый опыт «поляризации света» имеет такую же приблизительную достоверность, как и все прочие. Разумеется, то простое обстоятельство, что они исходят из ложной посылки, не может лишить силы ни их заключения, ни их астрономические предсказания, раз они математически правильны в своих взаимосвязях и отвечают заданной цели. Ни у халдеев, ни у наших древних Риши не было ни ваших телескопов, ни фотометров; и однако же их астрономические предсказания были безупречны, а ошибки — на самом деле очень незначительные — приписанные им их современными соперниками, — проистекают от ошибок последних.

И прошу вас не забывать, что все мои ответы основаны на наших восточных оккультных доктринах и вытекают из них, независимо от того, согласуются они с доктринами точных наук или нет. Потому я утверждаю:

«Солнечная поверхность излучает с каждой квадратной мили столько же света, сколько может излучаться (соответственно) и с любого тела». Но что же вы станете понимать в этом случае под «светом»? Свет ведь не есть независимый принцип, и я порадовался введению — с целью облегчить методы наблюдения — «спектра преломления»; ибо упразднение всех этих независимо существующих мнимостей, таких, как тепло, актинизм (фотохимическая активность), свет и т.д., оказало оккультной науке величайшую услугу, оправдав в глазах её современной сестры нашу очень древнюю теорию, что поскольку всякое явление есть лишь следствие разнообразных движений того, что мы называем Акашей (не ваш эфир), то, в действительности, существует лишь единый элемент, причинный Принцип всего.

Опыты, произведённые Физо* и Корню*, которые считаются лучшими исследователями света в научном мире, несмотря на общее удовлетворение достигнутыми результатами, не дают достоверных данных ни в отношении скорости движения солнечного света, ни в отношении его количества. Методика, принятая этими двумя французами, даёт точные результаты (во всяком случае, приблизительно точные, коль скоро имеется разброс в 227 миль в секунду по результату наблюдений этих исследователей, хотя они и получены с помощью одного и того же прибора) — лишь в отношении скорости света между нашей Землёй и верхними слоями её атмосферы. Их зубчатое колесо, вращаясь с известной скоростью, разумеется регистрирует — и довольно точно — сильный луч света, который проходит сквозь одно из углублений в колесе, после чего эта светлая точка затеняется прохождением одного из его зубьев. Прибор весьма остроумный и не может не дать прекрасные результаты, когда свет проходит путь в несколько тысяч метров туда и обратно; и так как между обсерваторией Парижа и его оборонительными укреплениями нет атмосферы, нет метеорных масс, которые мешали бы прохождению луча, и поскольку луч этот движется в среде совершенно иного рода, нежели эфир Пространства, эфир между Солнцем и метеорным материком над нашими головами, то скорость света, естественно, оказывается порядка 185000 с чем-то миль в секунду, и ваши физики восклицают: «Эврика!» Не более успешными оказались и другие устройства, изобретённые наукой для измерения этой скорости после 1878 г. Всё, что они могут утверждать, — это что их вычисления до сих пор были точны. Если бы они могли провести измерения света над нашей атмосферой, то они вскоре обнаружили бы, что ошибаются.

(11) Да — пока что; но он быстро меняется. У вашей науки есть, кажется, теория, что если бы Земля была внезапно перенесена в чрезвычайно холодные области — например, если бы она поменялась местами с Юпитером, — то все наши моря и реки мгновенно превратились бы в твёрдые горы; воздух, — или, скорее, часть газообразных веществ, составляющих его, — из их нынешнего состояния невидимого флюида преобразилась бы, вследствие отсутствия тепла, в жидкости (которые сейчас существуют на Юпитере, но о которых земляне не имеют ни малейшего понятия). Представьте себе или постарайтесь вообразить обратное состояние — это и будет состоянием Юпитера в настоящее время.

Вся наша система незаметно изменяет своё положение в пространстве. Причём относительное расстояние между планетами остаётся всегда неизменным, и перемещение всей системы никоим образом на него не влияет; а расстояние между ней и звёздами и другими солнцами настолько несоизмеримо велико, что на протяжении грядущих столетий и тысячелетий может произойти лишь очень незначительное изменение, если оно вообще будет заметно; — ни один астроном не обнаружит его в свой телескоп, пока Юпитер и некоторые другие планеты, чьи маленькие светящиеся точки скрывают сейчас от нашего взора миллионы миллионов звёзд (все, за исключением 5000 или 6000), — внезапно не позволят нам взглянуть на несколько Раджа-Солнц, которые они сейчас скрывают.

Одна такая Царь-звезда находится как раз за Юпитером, и ни один из смертных не видел её физическим оком в течение этого нашего большого Круга. Если бы она могла быть обнаружена, то в самом лучшем телескопе, после увеличения её диаметра в десять тысяч раз, — она всё ещё предстала бы как малая безразмерная точка, затмеваемая яркостью любой из планет; и тем не менее — мир этот в тысячи раз больше, чем Юпитер. Сильные возмущения атмосферы Юпитера и даже его красное пятно, которое так интриговало науку в последнее время, вызваны: 1) указанным перемещением и 2) воздействием этой Раджа-звезды. В её теперешнем положении в пространстве, при всей его малозаметности, металлические вещества, из которых она главным образом состоит, расширяются и постепенно превращаются в газообразные флюиды (состояние нашей Земли и её шести сестёр-шаров перед первым большим Кругом), становясь частью её атмосферы. Делайте свои заключения и выводы из этого.

(12) Боюсь, что небольшая, так как наше Солнце — это всего лишь отражение. Единственная великая истина, высказанная Сименсом, заключается в том, что межзвёздное пространство наполнено сильно разрежённой материей, такой, какую можно получить в вакуумных лампах, и которая простирается от планеты и до планеты, и от звезды до звезды. Но эта истина не имеет никакого отношения к его основным утверждениям.

Солнце даёт всё и ничего не берёт обратно из своей системы. Солнце ничего не собирает «на полюсах» — которые при всех обстоятельствах чисты и свободны даже от знаменитых «красных языков пламени», и это всегда, а не только во время затмений. Как же так получается, что со всеми их мощными телескопами им так и не удалось обнаружить никакого подобного «скопления», если их линзы показывают им даже «наитончайшие перистые облака» на фотосфере? Ничто не может достичь Солнца извне пределов его собственной системы в виде такой грубой материи, как «разрежённые газы». Каждая частичка материи во всех её семи состояниях необходима для жизнеспособности разнообразных и бесчисленных систем миров в процессе формирования, солнц, вновь просыпающихся к жизни, и т.д., и у них нет ничего, что бы они могли уступить даже своим лучшим соседям или ближайшей родне. Они — матери, а не мачехи, и не отнимут ни единой крохи от питания своих детей. Последняя теория о лучистой энергии, доказывающая, что, строго говоря, в природе нет таких явлений, как химический свет или тепловой луч, — единственная приблизительно верная. Ибо воистину существует лишь одна лучистая энергия, которая неистощима и не претерпевает ни увеличения, ни уменьшения и будет продолжать свою самопорождающую деятельность до конца нашей Солнечной манвантары.

Поглощение солнечных энергий Землёю огромно, однако доказано или может быть доказано, что Земля получает от силы 25 процентов химической энергии его лучей, ибо они лишаются 75 процентов её при вертикальном прохождении сквозь атмосферу к тому времени, когда они достигают внешней границы «воздушного океана». И даже эти лучи, как нам говорят, теряют около 20 процентов в виде световой и тепловой энергии. Какова же тогда должна быть, при таких растратах, способность самовосстановления нашего Отца-Матери — Солнца? Да, назовите это «Лучистой Энергией», если хотите; мы называем это Жизнью — всепроникающей, вездесущей жизнью, вечно действующей в своей великой лаборатории по имени Солнце.

(13) Напрасно ждать чего-то от ваших учёных, которые в своей «излишней самоуверенности» заявляют, что только для тех, для кого слово магнетизм означает некую таинственную силу, только для них предположение, что Солнце — это огромный магнит, может объяснить порождение этим небесным телом света, тепла и причин изменения магнитного склонения, которое наблюдается на нашей Земле. Они решили игнорировать и таким образом отвергнуть теорию, выдвинутую Дженкинзом*, о существовании мощных магнитных полюсов над поверхностью Земли. Но эта теория тем не менее правильна, и один из таких полюсов вращается вокруг северного полюса с периодом обращения в несколько сот лет. Галлей* и Ханстин* были единственными из учёных, — помимо Дженкинза, — кто об этом догадывался.

(14) Они должны быть открыты. Ни внутри орбиты Меркурия, ни в орбите Нептуна до сих пор ещё не все планеты открыты, хотя их существование сильно подозревается. Мы же знаем, что таковые имеются — и где они находятся; и знаем также, что существуют бесчисленные «сгоревшие» планеты, как говорят они, — планеты в обскурации, утверждаем мы; планеты в стадии формирования и ещё не светящиеся, и т.д. Но ведь от этого «мы знаем» мало пользы для науки, если даже спиритуалисты не хотят признавать наше знание. Тазиметр Эдисона*, настроенный на предельную чувствительность и присоединённый к большому телескопу, может быть очень полезен, если его усовершенствовать. Присоединённый к телескопу, этот тазиметр позволит не только измерять теплоту наиболее отдалённых из видимых звёзд, но и обнаруживать, по их невидимому излучению, такие звёзды, которые незримы и не могут быть обнаружены иным способом, — а следовательно, также и планеты. Этот исследователь, находящийся в значительной мере под покровительством Махатмы М, считает, что если в какой-либо точке пустого небесного пространства — пространства, которое выглядит пустым даже в самый сильный телескоп, — тазиметр покажет прирост температуры и будет делать это неизменно, то это будет строгим доказательством того, что прибор наведён на звёздное тело, которое либо не излучает свет, либо настолько удалено, что находится за пределами досягаемости телескопа. Его тазиметр, утверждает он, «воспринимает более широкий диапазон эфирных колебаний, нежели различаемый глазом». Наука услышит звуки с некоторых планет прежде, нежели она увидит их. Это — пророчество.*

(16) Среди индусов широко распространено убеждение, что будущее внутриутробное состояние человека, а также его рождение определяются его последним желанием в минуту смерти. Но это последнее желание, говорят они, неизбежно зависит от того, какую форму человек придал своим желаниям, страстям и т.д. в течение прожитой им жизни. Именно по этой самой причине — т.е. чтоб наше последнее желание не оказалось неблагоприятным для нашего будущего развития — мы должны следить за своими действиями и сдерживать свои страсти и желания на протяжении всего нашего земного жизненного пути.

(17) Не может быть иначе. Опыт умиравших людей — от утопления и других несчастных случаев, — возвращённых затем к жизни, почти в каждом случае подтверждает нашу доктрину.* Подобные мысли непроизвольны, и мы способны управлять ими не более, нежели помешать сетчатке глаза воспринимать именно тот цвет, который сильнее всего воздействует на неё. В последний миг вся жизнь отражается в нашей памяти и всплывает из всех забытых углов и закоулков картина за картиной, одно событие за другим. Умирающий мозг выталкивает память сильнейшим чрезвычайным импульсом, и она точно восстанавливает каждое впечатление, доверенное ей в течение периода мозговой деятельности. То впечатление и мысль, которые были наисильнейшими, естественно, становятся наиболее яркими и переживают, так сказать, всех остальных, которые пропадают и исчезают навсегда, чтоб вновь появиться лишь в Дэвачене.

Ни один человек не умирает безумным или в бессознательном состоянии — как утверждают некоторые физиологи. Даже у сумасшедшего или находящегося в припадке delirium tremens* наступает в минуту смерти миг совершенной ясности, хотя он и не в состоянии сказать о том присутствующим. Человек часто может казаться мёртвым, тем не менее от последнего удара пульса, от последнего биения его сердца и до мгновения, когда последняя искра животной теплоты оставляет его тело, — мозг мыслит, и эго заново проживает в эти короткие секунды всю свою жизнь.

Говорите шёпотом, вы, присутствующие у смертного одра, и сознавайте себя в торжественном присутствии Смерти. Особенно же должны вы сохранять спокойствие тотчас после того, как Смерть наложила свою холодную руку на тело. Говорите шёпотом, повторяю, чтоб не нарушить спокойное течение мысли и не помешать напряжённой работе Прошлого, отбрасывающего своё отражение на Покров Будущего.

(18) Да; «полные» воспоминания наших жизней (совокупных жизней) вернутся в конце всех семи больших Кругов на пороге долгой-предолгой Нирваны, ожидающей нас после того, как мы оставим планетный шар Z. В конце отдельных больших Кругов мы вспоминаем лишь сумму наших последних впечатлений, тех, которые мы избрали или, скорее, которые сами запечатлелись в нас и последовали за нами в Дэвачен. Все эти жизни — «испытательные», со значительными послаблениями и новыми испытаниями, предоставляемыми нам с каждой новой жизнью. Но в конце малого цикла, по завершении всех семи больших Кругов, нас ожидает только одна милость — чаша благих деяний, достоинств, перевешивающая чашу дурных деяний и порока на весах Воздающей Справедливости. Плохим, безнадёжно плохим должно быть то эго, которое не принесёт ни одной крохи из своего пятого принципа — и должно быть уничтожено, исчезнуть в Восьмой сфере. Малой крохи, повторяю, собранной от личного эго, достаточно, чтоб спасти его от этой мрачной Судьбы. По завершении же большого цикла дело обстоит иначе: или долгая Нирвана Блаженства (пусть даже бессознательного, согласно вашим грубым представлениям), после которой жизнь в качестве Дхьян-Кагана на целую манвантару, — или же «Авичи Нирвана» и манвантара страданий и Ужаса в качестве -----  — вы не должны слышать это слово, так же как и я — произносить его и писать. Но «те» не имеют ничего общего со смертными, которые проходят по этим семи сферам. Совокупная Карма будущего Планетного духа так же прекрасна, как совокупная Карма -----  — ужасна. Довольно. Я и так сказал уже слишком много.

(19) Истинно так. Пока не начнётся борьба между высшей и средней диадою (за исключением самоубийц, которые не мертвы, но только убили свою физическую триаду и чьи элементальные паразиты, вследствие этого, не отделены естественным образом от эго, как при настоящей смерти) — пока эта борьба, повторяю, не началась и не окончилась, никакая оболочка не может осознать своё положение. Когда шестой и седьмой принципы отделились, унося с собою тончайшие, духовные частицы того, что некогда было личным сознанием пятого, только тогда оболочка начинает постепенно развивать нечто вроде своего собственного смутного сознания из того, что осталось в этой тени бывшей личности. Здесь нет противоречий, мой дорогой друг, — лишь неясность в ваших собственных представлениях.

(20) Всё то, что относится к материально-психологическим свойствам и чувствованиям пяти низших скандх; всё то, что будет отброшено как мусор вновь родившимся эго в Дэвачене, как недостойное и недостаточно отвечающее чисто духовным восприятиям, эмоциям и чувствам шестого принципа, усиленного и, так сказать, сцементированного частью пятого, той частью, которая необходима в Дэвачене для сохранения божественно-одухотворённого понятия «я» в монаде — которая иначе была бы совершенно лишена сознания в смысле различения объекта и субъекта, — всё это «угасает навсегда» именно в миг физической смерти, чтоб вернуться ещё раз в торжественном шествии перед очами нового эго, на пороге Дэвачена, и быть отброшенным им. Оно вернётся в третий раз, в полном объёме, в конце малого цикла, по завершении семи больших Кругов, когда подводится суммарный итог совокупных существований — «достоинства» на одной чаше весов, «порок» на другой. Но в этом индивидууме, в этом эго — «хорошем, плохом или ни таком ни другом», в этой отдельной личности — сознание уходит так же внезапно, как «пламя оставляет фитиль».

Задуйте вашу свечу, любезный друг, и пламя оставит эту свечу «навсегда»; но при всём том разве частицы, находившиеся в движении и само движение которых производило объективное пламя, уничтожены или рассеяны? Никоим образом. Зажгите свечу снова, и те же самые частицы, привлечённые взаимным сродством, возвратятся к фитилю. Поставьте на столе длинный ряд свечей. Зажгите одну и задуйте её; затем зажгите другую и сделайте то же самое; третью, четвёртую и так далее. То же вещество, те же газообразные частицы — представляющие в нашем случае Карму личности — будут привлечены условиями, созданными вашей спичкой, чтобы произвести новое свечение; но можем ли мы утверждать, что пламя свечи №1 не угасло навсегда? Даже в случае «неудач природы», немедленного нового воплощения детей и врождённых идиотов и т.д., мы не можем назвать новое существо той же самой бывшей личностью — хотя вся совокупность того же самого жизненного принципа и в точности того же самого Манаса (пятого принципа) входит в новое тело и может быть справедливо названа «перевоплощением личности»; тогда как при возрождении эго из дэваченов и авичи в кармическую жизнь возрождаются лишь духовные свойства монады и её Буддхи. В отношении же перевоплощённых «неудач» мы можем лишь сказать, что они суть перевоплощённый Манас, пятый принцип г-на N. или г-жи A., но, конечно же, никак не перевоплощения г-на N. или г-жи A.

Но какова же в таком случае «природа воспоминаний и самосознания оболочки?» — спрашиваете вы. Как я сказал в вашем письме* — не более чем отражённый или заимствованный свет. «Память» — это одно, «способности восприятия» — совсем другое. Сумасшедший может вполне ясно помнить некоторые куски своей прежней жизни; тем не менее он не в состоянии воспринять что-либо в истинном свете, ибо высшая часть его Манаса и Буддхи парализованы в нём, оставили его. Если бы животное, собака например, могла бы говорить, она доказала бы вам, что её память, в том что непосредственно связано с её собачьей личностью, так же свежа, как и ваша; и тем не менее её память и инстинкт не могут быть названы «способностями восприятия». Собака вспоминает, что хозяин побил её, лишь когда тот хватается за палку, — в другое же время у неё нет воспоминаний об этом. Так же и с оболочкой: очутившись в ауре медиума, всё, что она воспринимает через временно занятые ею органы медиума и тех, кто магнетически близок ему, она будет воспринимать очень ясно — но только в пределах того, что оболочка может обнаружить в представлениях и памяти членов кружка и медиума, — отсюда часто вразумительные и временами высокоинтеллектуальные ответы; отсюда также полное забвение того, что известно всем, за исключением данного медиума и его кружка.

Оболочка высокоинтеллектуального, образованного, но совершенно недуховного человека, умершего естественной смертью, просуществует дольше; и с помощью тени его собственной памяти — той тени, которая представляет собою отбросы шестого принципа, оставшиеся в пятом, — она может произносить речи через вещающих в трансе и повторять, подобно попугаю, то, о чём человек этот знал и над чем много размышлял в течение своей жизни. Но приведите мне хотя бы один-единственный пример из анналов спиритизма, когда бы возвратившаяся оболочка какого-нибудь Фарадея или Брюстера* (ибо даже они были вовлечены в ловушку медиумического притяжения) сказала хоть одно слово сверх того, что ей было известно ещё при жизни. Где же та учёная оболочка, которая подтвердила бы то, что приписывается «развоплощённым духам» — а именно, что свободная душа, дух, освобождённый от своих телесных оков, воспринимает и видит то, что сокрыто от глаз живых смертных?

Бесстрашно бросьте вызов спиритам, вот вам мой совет! Предложите самому лучшему, самому благонадёжному из медиумов сообщить вам с помощью «высокой развоплощённой оболочки», что вы спрятали в своём ящике, если он не знает об этом; или повторить строку из какого-нибудь санскритского манускрипта, неизвестного его медиуму, или что-нибудь в этом роде. И они называют их духами? Духами с личными воспоминаниями? С таким же основанием можно называть личными воспоминаниями фразы, выкрикиваемые попугаем. Истинно, исследования в этом направлении стоят того, чтобы вы поддержали их.

Да, личное сознание покидает каждого в миг смерти; и даже когда центр памяти бывает восстановлен в оболочке, она будет вспоминать и высказывать свои воспоминания лишь через мозг живущего человека. Следовательно —

Более или менее полное, однако тусклое воспоминание своей личности и её чисто физической жизни. Как и в случаях полного умопомешательства, окончательное разъединение двух высших диад (7-й, 6-й — и 5-й, 4-й), в момент перехода первой в состояние созревания, прорывает между ними непроходимую пропасть. Уносится, именно, даже не часть пятого принципа, — и уж никак не 2_ принципа идут в Дэвачен, оставляя после себя 1_ принципа. Манас, лишённый своих тончайших качеств, уподобляется цветку, внезапно утратившему весь свой аромат, розе, раздавленной при фабричном производстве эфирного розового масла, — и то, что остаётся, есть лишь запах увядающей травы, земли и гнили.

(21) (а)* Духовное эго продвигается, порождая личности, в которых «ощущение тождественности» очень развито при жизни. После их отделения от физического эго ощущение это возвращается очень тусклым и всецело принадлежит к области воспоминаний физического человека...

(е) Духовное эго будет думать об оболочке не более, нежели о последнем платье, которое оно носило; также оно не будет сознавать, что индивидуальность ушла, ибо единственная индивидуальность и духовная личность, которую оно будет созерцать, будет лишь в нём самом. Nosce te ipsum* — прямой указ оракула духовной монаде в Дэвачене; и учение о «ереси индивидуальности»* было высказано Татхагатой применительно к оболочке. Оболочка, самоуверенность которой столь же общеизвестна, как и самоуверенность медиума, лишь только ей напомнят, что она и есть г-н S., поддакнет: «Разумеется, можете не сомневаться; и подайте мне консервированных персиков, которые я с таким аппетитом уписывал за завтраком, и стакан бордо!» — и кто же из знавших г-на S. посмеет после этого усомниться в его идентичности? Но лишь только её оставят хотя бы на миг в покое из-за каких-то помех внутри кружка, или же мысль медиума на мгновенье отвлечётся к другому лицу, — эта оболочка начнёт колебаться в своих мыслях, то ли она г-н S., то ли г-н N., то ли г-н X.; в завершение уверяя себя, что она — Юлий Цезарь; (ж) и в конечном счёте «оставаясь спящей».

(з) Нет, она не осознаёт эту утрату сцепления. Помимо того, что подобное чувство в оболочке совершенно бесполезно для целей природы, она едва ли может осознать то, что никак не могло бы прийти на ум ни медиуму, ни её близким.

Она тускло сознаёт свою физическую смерть — хотя и спустя продолжительное время, — и это всё. Немногие исключения из этого правила — наполовину успешные колдуны, люди очень испорченные, страстно привязанные к своему я, — представляют настоящую опасность для живущих. Эти крайне материальные оболочки, последняя предсмертная мысль которых была «Я, Я, Я» — и «жить, жить!» — будут нередко чувствовать эту утрату сцепления инстинктивно. То же происходит и с некоторыми самоубийцами — хотя и не всеми. То, что следует затем — ужасно, ибо оборачивается случаем посмертной ликантропии*. Оболочка будет так упорно цепляться к своему подобию жизни, что скорее будет искать пристанище в новом организме, в любом животном — собаке, гиене, птице, если поблизости нет человеческого организма, нежели примирится с уничтожением.

(22) Вопрос, на который я не имею права ответить.

(23) Марс и четыре другие планеты, о которых астрономия ещё ничего не знает.* Ни A и B, ни Y и Z неизвестны, и их нельзя увидеть физическими средствами, как бы ни были те совершенны.

(24) (а) Самым решительным образом — нет. Даже Дхьян-Каган низших степеней не может приблизиться к Солнцу без того, чтоб его тело не было сожжено или, вернее, уничтожено. Лишь высочайший «Планетный дух» может углубляться в исследование его. (б) Нет, разве только мы назовём это вершиною угла. Но оно вершина всех «цепей» в совокупности. Все мы, обитатели цепей, — все мы должны эволюционировать, жить и пройти вверх и вниз по ступеням этой высочайшей и последней из семеричных цепей (по шкале совершенствования), прежде чем солнечная пралайя погасит нашу маленькую систему.

(28) Ради всего святого, примите в соображение следующие факты и сведите их воедино, если можете. 1) Индивидуальные человеческие единицы остаются в промежуточных сферах следствий во 100 раз дольше, чем на планетных телах. 2) У тех немногих, кто принадлежит к пятому большому Кругу, рождаются дети не пятого, но вашего четвёртого Круга. 3) «Обскурации» не есть пралайи, и длительности их соотносятся как один к десяти; т.е. если малый круг, или как бы мы это ни назвали, — период, в течение которого семь коренных рас должны развиться и достичь своего последнего появления на планетном шаре во время этого большого Круга, — продолжается, скажем, 10 миллионов лет (конечно же, он гораздо продолжительнее), то «обскурация» будет продолжаться не более одного миллиона. Когда наш земной шар, освободившись от последних людей своего четвёртого Круга и немногих, очень немногих представителей пятого, погрузится в сон, то в течение его отдыха люди пятого Круга будут покоиться в своих дэваченах и духовных локах — притом гораздо дольше, во всяком случае, нежели «ангелы» четвёртого Круга в своих, ибо они гораздо совершеннее.

(а) «Мёртвым», но лишь чтобы воскреснуть в ещё большей славе. Разве я выражаюсь не достаточно ясно?

(29) Разумеется нет, поскольку он не уничтожается, но остаётся «кристаллизованным», так сказать — in statu quo*. С каждым Кругом животных становится всё меньше и меньше, ибо они также эволюционируют в более высокие формы. Во время первого Круга именно они были «царями творения». В течение седьмого люди станут Богами, а животные — разумными существами. Выводы делайте сами. Начиная со второго Круга, эволюция протекает уже совсем по другому плану. Всё получило развитие и должно лишь продолжать свой цикловый путь и совершенствоваться. Лишь в первом Круге человек из человеческого существа на планетном шаре B становится минералом, растением и животным на планете C. Порядок этот полностью меняется со второго Круга; но я уже научился осторожности с вами — и не скажу ничего, пока не придёт для этого время.

Итак, вы получили целый том — когда вы переварите его? В скольких противоречиях я буду заподозрен, прежде чем вы поймёте всё правильно?!

Примечания к письму XXV

Письмо XXV

Параллакс — в астрономии видимое изменение положения небесного светила вследствие перемещения наблюдателя (связанное с вращением Земли, обращением её вокруг Солнца и движением Солнечной системы в Галактике).

faute de mieux (фр.) — за неимением лучшего.

Сименс, Уильям [Карл Вильгельм] (1823–1883) — немецкий изобретатель, инженер и естествоиспытатель, поселившийся в Англии, младший брат Эрнста Вернера Сименса (1816–1892), основателя одноимённого концерна.

Вопрос 16 — см. начало абзаца 3 в письме XX.

Вопрос 18 — см. конец абзаца 3 в письме XX.

Вопрос 19 — см. абзац 5 в письме XX.

Вопрос 20 — см. абзац 6 в письме XX.

(28) Обскурации ~ покрыт мраком. — Термин из письма XVIII; в обычной речи obscuration означает «помрачение».

Вопрос 28а — см. в письме XVIII.

Кортес, Эрнан (1485–1547) — испанский конкистадор, возглавлявший в 1519–1521 гг. завоевательный поход в Мексику.

Геродот (ок.484–ок.425 до н.э.) — древнегреческий историк, автор знаменитой Истории, на протяжении веков обвинявшийся в лживости и преднамеренном искажении фактов (см., напр.: Плутарх. О злонравии Геродота). Мнение Цицерона, назвавшего Геродота «Отцом истории», получило признание со стороны науки лишь к концу XIX в. Выражение the Father of Lies (переведённое как Отец лжи) традиционно означает — лукавый, сатана.

lex talionis (лат.) — «закон равного возмездия».

...ранее и кроме как в Назарете — ср. Иоан. 1, 45.

Аллен, Чарлз Грант (1848–1899) — английский учёный и писатель, пропагандист теории Дарвина.

Эоцен и чуть далее миоцен, кайнозой, палеозой — в отношении геологических периодов, упоминаемых в этих письмах, следует иметь в виду, что их датировка в науке XIX века отличалась от принятой ныне.

Посейдон (Poseidonis) — иногда переводилось на русский язык как Посейдонис.

Симла — летняя столица Индии в предгорьях Гималаев, на высоте около 2000м, куда на жаркий сезон переезжал английский вице-король и многие англичане, в том числе и адресаты этих писем.

Ведды — см. примеч. к письму XII: Ведды — коренное население Шри-Ланки.

Пахари — группа народов на северо-западе Индии.

«Сыны Ад» — букв. «Сыновья Единого», «Сыновья Отца-Создателя»; «Избранные» третьей коренной расы, «Сыны Огненного Тумана», рождённые силой Воли и Йоги и владевшие тайной бессмертия (см. Тайную Доктрину: ТД I, 265, II, 57).

изобретать расы и подрасы — такое мнение высказывал А.О.Хьюм.

Норденшельд, Нильс Адольф Эрик (1832–1901) — шведский исследователь Арктики; экспедиция на «Веге» состоялась в 1878–79 гг.

Пополь-Вух — эпос индейцев киче (Гватемала); впервые опубликован в 1861 г.

...о котором упоминает Платон — см.: Платон. Тимей 24e–25d; Критий 108e–121b.

«Челленджер» — английская океанографическая кругосветная экспедиция на этом корабле состоялась в 1872–1876 гг.

«Да не будешь ~ наследников» — см. Быт. 2, 17.

...в моём письме о Планетных духах — см. начало письма VII.

Иегова — искажённая форма имени Яхве, бог в иудаизме.

Ормузд (Ахурамазда) — верховный бог в зороастризме.

tutti quanti (ит.) — и прочие, и прочие.

«Неизвестное» (Unknown) — в философской системе Г.Спенсера важную роль играет понятие «Непознаваемое» (Unknowable) — таково, в частности, название первой части его книги Основные принципы новой системы философии (1860).

Франкенштейн — герой одноимённого романа (1818) английской писательницы Мэри Шелли, учёный, создавший искусственного человека.

alter ego (лат.) — второй я, другой я.

...пять тысяч тонн — в подлиннике ошибочно стоит «пять миллионов тонн», исправлено по смыслу.

Фипсон, Томас Ламб (1833–1908) — английский учёный-естествоиспытатель.

Раньярд, Артур Купер (1845–1894) — английский астроном.

...выдвигали такую теорию — имеются в виду книга Фипсона Метеоры, аэролиты и падающие звёзды, изданная в Лондоне, и статья Раньярда Заметки о присутствии частиц метеорной пыли в атмосфере в Ежемесячных заметках Королевского астрономического общества (1879. Т.39. С.161–67). См. Pratt D. Earth’s Meteoric Veil. Sept. 2003.

...в кристаллах Рейхенбаха — исследуя воздействие на нервную систему живого организма магнитов, а затем кристаллов, Рейхенбах пришёл к убеждению, что в кристаллах присутствует особая сила (од), которая неизменно сопутствует магнитной силе в магнитах. См. примеч. к письму XVIII: Одическая сила — от греч. odos, прохождение; словом од немецкий химик и промышленник Карл фон Рейхенбах (1788–1869) называл электро-магнетические силы, исходящие от всякого человека, которые он исследовал.

...Солнце ~ покров или отражение — подобные взгляды существовали среди пифагорейцев (Филолай, V в. до н.э.).

Гексли (Хаксли), Томас Генри (1825–1895) — английский биолог, сподвижник Ч.Дарвина и крупнейший пропагандист дарвинизма.

Йога-видья (санскр.) — «знание Йоги», тайная наука; статья под таким названием публиковалась в трёх номерах Теософа (окт. и ноябрь 1879, янв. 1880).

Юнг, Чарлз Огастес (1834–1908) — американский астроном, проводивший спектральные исследования Солнца — хромосферы, протуберанцев, пятен, солнечной короны.

Локьер, Джозеф Норман (1836–1920) — английский астроном, исследователь спектра Солнца.

Врил — см. примеч. к письму I: Врил — термин, введённый английским писателем Бульвер-Литтоном (1803–1873) в романе Грядущая Раса (1871): таинственная энергия типа электричества, которую применяют некоторые герои этого произведения.

Клавдий — римский император в 41–54 гг.; с его похода в Британию в 43 г. началось завоевание её Римом.

nazzur или nazar (хинди) — подношение, дар.

Пикеринг, Эдуард Чарлз (1846–1919) — американский физик и астроном, проводивший исследования по фотометрии и спектроскопии.

Физо, Арман Ипполит Луи (1819–1896) — французский физик, впервые в 1849 г. измеривший скорость света на поверхности Земли с помощью зубчатого колеса.

Корню, Мари Альфред (1841–1902) — французский физик, повторивший в 1873–74 гг. эксперимент Физо, со значительными техническими усовершенствованиями. Указанный разброс в результатах измерений относится к серии опытов Корню, в которой луч света проходил путь между Парижской обсерваторией и башней древнего замка в Монлери, к югу от Парижа.

Дженкинз, Бенджамин — автор статьи Земной магнетизм в Журнале Американского географического общества (NY, 1878. Т.10. С.267–75). См. Pratt D. Theosophy and Magnetism. Aug. 2004.

Галлей, Эдмунд (1656–1742) — английский астроном и геофизик.

Ханстин, Кристофер (1784–1873) — норвежский астроном, физик.

Тазиметр — прибор для измерения незначительных колебаний температуры. Эдисон, Томас Алва (1847–1931), выдающийся американский изобретатель, стал членом Теософского общества 5 апреля 1878 г.; тазиметр был изготовлен им летом того же года, и с его помощью наблюдалось солнечное затмение 29 июля 1878 г.

Это — пророчество. — Первый радиоприёмник был сконструирован А.С.Поповым 13 лет спустя, в 1895 г.; первый радиотелескоп был введён в действие в 1931 г. (превосходя по своей разрешающей способности оптические телескопы, радиотелескопы позволили открыть и совершенно новые типы далёких космических объектов: радиогалактики, пульсары и др.). Из записей Е.И.Рерих, однако, следует, что здесь имелись в виду физически невидимые небесные тела, которые могут быть доступны для научных исследований, опирающихся на внутренние способности человека — его духовный слух, проявляющийся по мере индивидуального духовного развития. Такое более широкое понимание Махатмами предмета астрономии и её терминов (планета и др). отражено во всей переписке.

Опыт умиравших ~ подтверждает нашу доктрину. — За последние десятилетия благодаря успехам медицины число людей, переживших клиническую смерть, резко увеличилось, и их опыт стал предметом изучения многих западных исследователей (Элизабет Кюблер-Росс, Раймонд Муди и др.). Их книги вызвали огромный интерес во всём мире и активно переводятся на русский язык.

delirium tremens (лат.) — «дрожательный бред», белая горячка.

Как я сказал в вашем письме... — см. замечание непосредственно в тексте вопроса 20.

nosce te ipsum (лат.) — «познай самого себя».

Брюстер, Дэвид (1781–1868) — шотландский физик, исследователь дифракции света.

(21) (а) — в подлиннике номер (21) по ошибке стоит в начале предыдущего абзаца.

...о «ереси (или майе) индивидуальности» — см. Саккаядиттхи (в письме XIX).

Ликантропия — от ликантроп (греч.), человеко-волк — превращение человека в волка или другого хищного зверя (в сказках и легендах).

(23) Марс ~ не знает. — Этот ответ на нечётко поставленный вопрос ввёл А.П.Синнетта, а за ним и многих читателей его книги Эзотерический буддизм (1883) в заблуждение; разъяснения см. в Тайной Доктрине (ТД I, 217-9).

in statu quo (лат.) — в прежнем состоянии; в положении, которое было до определённого момента.