Чаша Востока. Письма Махатм: Избранные письма 1880–1885

Письмо XIX

(1) Замечания, добавленные к письму в последнем номере Теософа*, производят впечатление очень важных и проясняющих многое из того, что нам до сих пор сообщалось относительно спиритуализма.

Нам уже доводилось слышать о духовном состоянии жизни, в котором новоразвившееся эго наслаждается сознательным существованием некоторое время перед воплощением в другом мире; но эта сторона вопроса до сих пор обходилась молчанием. Теперь же по этому поводу высказано несколько ясных утверждений, и они вызывают дальнейшие вопросы.

В Дэвачене, по-видимому, новое эго сохраняет полное воспоминание о своей жизни на земле. Так ли это, или я здесь чего-то недопонял?

(1) Дэвачен, или страна «Сукхавати»*, аллегорически описан самим нашим Владыкой Буддой. Сказанное им можно найти в Шань мунь и тун. Татхагата сказал*:

«...За многие тысячи мириад систем миров от этого (нашего) находится Страна блаженства, называемая Сукхавати... Страна эта окружена семью рядами оград, семью рядами огромных занавесей, семью рядами качающихся деревьев; эта священная обитель Архатов* управляется Татхагатами (Дхьян-Каганами) и принадлежит Бодхисаттвам*. В ней лежат семь драгоценных озёр, посреди которых текут кристальные воды, обладающие „семью и одним“ свойством, или характерными качествами (7 принципов, эманирующих из Единого). Это, о Шарипутра*, есть „Дэвачен“. Его божественный цветок Удумбара* пускает корни в тени каждой земли и расцветает для всех тех, кто добирается до него. Родившиеся в этой благословенной стране поистине счастливы — в том цикле для них более не существует ни горя, ни страданий... мириады духов (лха) отправляются туда на отдых и затем возвращаются в свои собственные области† Те, кто не окончили свои земные малые круги.
†† Буквально — те, кто никогда не вернутся, — люди седьмого большого Круга и т.д.
... Кроме того, о Шарипутра, в этой Стране радости многие из рождающихся там суть Авайвартья††...» и т.д. и т.п.

(2) Итак, за исключением того, что продолжительность существования в Дэвачене ограничена, имеется очень большое сходство между этим состоянием и Небесами обычной религии (исключая антропоморфные представления о Боге).

(2) Конечно, новое эго, после того как оно народилось, сохраняет на некоторое время — соответственное его земной жизни — «полное воспоминание о своей жизни на земле» (см. ваш предыдущий вопрос). Но оно никогда не может вернуться на землю из Дэвачена; а Дэвачен — даже исключая все «антропоморфные представления о Боге» — не имеет ни малейшего сходства с раем или Небесами какой бы то ни было религии.

(3) Следующий важный вопрос — кто идёт на Небеса, или в Дэвачен? Достигают ли этого состояния только те немногие, кто очень хороши, или же многие, кто не очень плохи, — по истечении, в их случае, более продолжительного бессознательного инкубационного периода, или периода созревания?

(3) «Кто идёт в Дэвачен?» Разумеется, личное эго: но блаженное, очищенное, святое. Каждое эго, — сочетание шестого и седьмого принципов, — которое, после периода бессознательного созревания, рождается в Дэвачене, в силу необходимости так же невинно и чисто, как и новорождённый младенец. Уже сам факт его нарождения там указывает на преобладание добра над злом в его прежней личности. И тогда как Карма (зла) временно отступает, чтобы следовать за ним в его будущем земном воплощении, он приносит с собой в Дэвачен лишь Карму своих добрых поступков, слов и мыслей. «Плохо» — для нас понятие относительное, как вам было уже не однажды сказано, — и Закон Воздаяния есть единственный закон, который никогда не ошибается. Потому все те, кто не погряз в тине неискупимых грехов и животных страстей, — идут в Дэвачен. Они должны будут уплатить за свои грехи, вольные и невольные, позднее. Пока же они вознаграждены: получают следствия причин, порождённых ими.

Конечно, это есть состояние. Состояние, так сказать, интенсивного эгоизма, в течение которого эго пожинает награду своего бескорыстия на земле. Оно полностью поглощено блаженством всех своих личных земных привязанностей, пристрастий и мыслей, и собирает здесь плоды своих достойных деяний. Никакая боль, никакое горе, ни даже тень печали не омрачает светлый горизонт его чистой радости: ибо это состояние беспрерывной «майи»... Так как сознательное восприятие своей личности на земле есть лишь мимолётный сон, то это чувство будет также подобно сну и в Дэвачене, только во сто крат усиленное. Настолько усиленное, по существу, что счастливое эго не в состоянии сквозь этот покров увидеть несчастья, страдания и горести, которым, быть может, подвергаются те, кого оно любило на земле. Оно живёт в сладком сне с теми, кого оно любило: ушли ли они ранее, или же всё ещё остаются на земле; оно видит их рядом с собой, таких же счастливых, блаженных и невинных, как и бесплотный сновидец сам; и тем не менее, за исключением редких видений, обитатели нашей грубой планеты не ощущают этого.

Вот тут-то — во время такого состояния полной майи — души или астральные эго чистых, любящих, чутких людей, находясь под влиянием подобной же иллюзии, думают, что их возлюбленные сходят к ним на землю, тогда как это их собственный дух подымается к тем, кто находится в Дэвачене. Многие из субъективных духовных сообщений — большинство, если чуткий человек, сенситив*, умственно чист, — подлинны; но для непосвящённого медиума крайне трудно зафиксировать в своём уме верную и точную картину того, что он видит и слышит. Некоторые феномены психографии* (хотя и намного реже) тоже подлинны. Дух чуткой личности одилизируется*, так сказать, аурою духа в Дэвачене и становится на несколько минут этою ушедшею личностью, и — пишет её почерком, её языком и её мыслями — какими они были при её жизни. Два духа сливаются в одно целое; и преобладанием одного над другим во время таких феноменов и определяется преобладание той или иной личности в характерных признаках, наблюдаемых в подобных писаниях и в «речах, произносимых в трансе». То, что вы называете «соответствием», есть фактически тождественность молекулярных вибраций астральной стороны воплощённого медиума и астральной стороны развоплощённой личности.

Я только что обратил внимание на статью о запахе* одного английского профессора и нахожу в ней кое-что приложимое к нашему случаю. Как в музыке два различных звука могут находиться в созвучии и быть в отдельности различаемы, и эта гармония или дисгармония зависит от синхронных вибраций и дополнительных периодов, — так же имеется соответствие между медиумом и его «руководителем», когда их астральные молекулы движутся согласованно. И будет ли сообщение сильнее отражать характерные особенности той или другой личности, определяется относительной напряжённостью двух этих комплексов вибраций в сложной волне Акаши. Чем менее тождественны эти импульсы вибраций, тем более медиумично и менее духовно будет послание. Так что оценивайте моральное состояние вашего медиума моральным состоянием предполагаемого «руководящего» Сознания — и ваши испытания на подлинность не оставят желать ничего лучшего.

(4) Или же разнообразие состояний в пределах, так сказать, Дэвачена столь велико, что все попадают в соответствующие состояния, из которых они будут рождаться в следующем мире причин, в более низких или более высоких состояниях?

(4) Да, существует огромное разнообразие в состояниях Дэвачена, и всё именно так, как вы сказали. Разновидностей блаженства столько же, сколько на земле оттенков восприятия и способности оценить подобное вознаграждение. Это есть сложенный воображением рай, в каждом случае порождаемый самим эго и вся обстановка которого создана им самим, полный событий и заполненный людьми — которых оно ожидало бы встретить в подобной сфере вознаграждающего блаженства. Именно это разнообразие и влечёт временное личное эго в поток, который приведёт его к новому рождению в более низком или более высоком состоянии в следующем мире причин. Всё в природе приспособлено настолько гармонично, и особенно в мире субъективном, что совершенно исключаются какие-либо ошибки со стороны Татхагат — или Дхьян-Каганов, — которые руководят этими импульсами.

(5) С первого взгляда на эту идею представляется, что чисто духовное состояние доступно только существам, которые были высокодуховными в этой жизни. Но существуют мириады очень хороших (нравственно) людей, которые совершенно не духовны. Как же они, со своими воспоминаниями об этой жизни, могут быть пригодны к переходу от материального к духовному состоянию существования?

(5) Это есть «духовное состояние» лишь в силу контраста с нашим грубым «материальным состоянием»; и, как уже было указано, именно подобные степени духовности и образуют и определяют великое «разнообразие» состояний в пределах Дэвачена. Мать из дикого племени не менее счастлива со своим утраченным ребёнком на руках, нежели мать из королевского дворца. И хотя дети, умершие преждевременно, с ещё незавершённой семеричной сущностью, как настоящие эго не попадают в Дэвачен, тем не менее материнское любящее воображение находит своих детей там, ни разу не почувствовав недостатка в том, к чему её сердце стремилось. Скажут: это всего лишь сон, — но что есть объективная жизнь сама по себе, как не панорама ярких нереальностей? Наслаждение, выпадающее краснокожему индейцу в его «счастливых охотничьих угодьях» в этой Стране снов, по силе не уступает экстазу, испытываемому знатоком, который проводит эоны в восторге и восхищении, слушая божественные Симфонии воображаемых ангельских хоров и оркестров. Так как первый из них не виноват, что родился «дикарём» с инстинктом убивать — хотя это и причинило смерть многим невинным животным, — то почему, если при всём том он был любящим отцом, сыном, мужем, почему ему тоже не насладиться своей долей вознаграждения? Дело бы обстояло совершенно иначе, если бы эти же жестокие действия были совершены образованным и цивилизованным человеком, из чисто спортивного интереса. Дикарь, в своём новом рождении, просто займёт низкое положение, по причине своего несовершенного нравственного развития; тогда как Карма второго будет запятнана моральным проступком...

Каждое эго, за исключением тех, кто, влекомый своим грубым магнетизмом, попадает в поток, затягивающий его на «Планету смерти» — ментальный, так же как и физический спутник нашей Земли, — пригодно к переходу в относительно «духовное» состояние, отвечающее его прежнему состоянию в жизни и образу мышления. Человеческий шестой принцип, как нечто чисто духовное, не может существовать, или иметь сознательное бытие, в Дэвачене, если он не ассимилировал некоторые из наиболее абстрактных и чистых умственных свойств пятого принципа или животной души: его манаса (ума) и памяти. Когда человек умирает, его второй и третий принципы умирают вместе с ним; низшая триада исчезает, а четвёртый, пятый, шестой и седьмой принципы образуют переживающую четверицу.

С этого мгновенья начинается «смертельная» схватка между высшей и низшей диадами. Если побеждает высшая, то шестой принцип, привлёкши к себе квинтэссенцию Добра из пятого — его благороднейшие привязанности, его наиболее священные (хотя бы и земные) устремления и наиболее одухотворённые части его ума, — следует за своим божественным старшим принципом (7-м) в состояние «созревания»; пятый же и четвёртый остаются соединёнными как пустая оболочка (выражение совершенно точное) скитаться в атмосфере земли, с наполовину утерянной личной памятью и с наиболее грубыми инстинктами, вполне живучими на протяжении известного периода, — одним словом, «элементарий». Это и есть «ангел-руководитель» рядового медиума.

Если же, напротив, поражение терпит высшая диада, то именно пятый принцип ассимилирует всё, что могло остаться от личных воспоминаний и восприятий личной индивидуальности в шестом принципе. Но, со всем этим дополнительным имуществом, он не останется в Кама-локе — «Мире желаний» или атмосфере нашей земли. По истечении очень краткого срока, подобно соломинке, плавающей в сфере притяжения водоворотов и впадин Мальстрома, он захватывается и вовлекается в огромный водоворот человеческих эго; тогда как шестой и седьмой — теперь чисто духовная, индивидуальная монада, без какого-либо следа последней личности, — минуя обычный период «созревания» (ибо нет очищенного личного эго, которому надо было бы нарождаться), после более или менее длительного периода бессознательного Покоя в безграничном Пространстве — очутится возрождённой в другой личности на следующей планете. Когда наступит период «Полного Индивидуального Сознания» — который предшествует периоду Абсолютного Сознания в Паринирване*, — эта потерянная личная жизнь будет как выдернутая страница из великой Книги Жизней*, в которой не останется даже несвязного слова, отмечающего её отсутствие. Очищенная монада не заметит и не припомнит эту жизнь в ряду своих прошлых перерождений — что непременно произошло бы, если б она ушла в «Мир форм» (Рупа-локу), — и при взгляде назад не заметит ни малейшего признака, указывающего, что такая жизнь существовала.

К чести человечества я должен сказать, что такое полное стирание существования со скрижалей Мирового Бытия случается не так часто, чтоб составить большой процент. В действительности же, как и часто упоминавшийся «врождённый идиот», подобное событие есть lusus naturæ* — исключение, а не правило.

(6) И каким образом духовное существование, в котором всё сливается в шестом принципе, совместимо с тем сознанием индивидуальной и личной материальной жизни, которое должно быть присуще эго в Дэвачене, если оно удерживает своё земное сознание?

(6) Вопрос теперь достаточно объяснён, я полагаю: шестой и седьмой принципы, отдельно от остальных, составляют вечную, неуничтожимую, но и бессознательную «монаду». Чтобы пробудить в ней к жизни это спящее сознание, в особенности сознание личной индивидуальности, требуется монада плюс высшие качества пятого — «животной души». Они-то и составляют эфирное эго, которое живёт и наслаждается блаженством в Дэвачене. Дух, или чистые эманации Единого — последние вместе с седьмым и шестым принципами образуют высшую триаду — причём ни одна из этих двух эманаций не способна ассимилировать ничего, кроме самого доброго, чистого и святого; потому никакие чувственные, материальные или нечистые воспоминания не могут последовать за очищенною памятью эго в эту Страну блаженства.* Карма воспоминаний дурных поступков и мыслей настигнет эго, когда оно сменит свою личность в следующем мире причин. Монада, или «духовная индивидуальность», остаётся незапятнанной во всех случаях. «Нет горя или страдания для тех, кто рождается здесь (в Рупа-локе Дэвачена); ибо это Чистая страна. Во всех областях Пространства имеются подобные страны (Саквалы), но эта Страна блаженства наиболее чистая».* В Джняна*-прастхана-шастре сказано: «Личною чистотою и глубоким созерцанием мы переносимся поверх границ Мира желаний и вступаем в Мир форм».*

(7) Период созревания между смертью и Дэваченом до сих пор представлялся мне при всех вариантах весьма долгим. Теперь же говорится*, что в некоторых случаях он длится всего несколько дней и ни в коем случае (это подразумевается) не больше нескольких лет. Это представляется изложенным ясно, но я прошу, нельзя ли подтвердить это недвусмысленно, так как с этим вопросом связано очень многое.

(7) Бардо есть период между смертью и новым рождением, и он может продолжаться от нескольких лет до целой кальпы*. Он подразделяется на три субпериода: 1) когда эго, освобождённое от этого бренного мира, вступает в Кама-локу (местонахождение элементариев); 2) когда оно вступает в «состояние созревания»; 3) когда оно нарождается в Рупа-локе Дэвачена. Субпериод 1 может продолжаться от нескольких минут до ряда лет — выражение «несколько лет» сбивает с толку и оказывается совершенно бессодержательным без более подробного объяснения; субпериод 2 «весьма долгий», как вы говорите, иногда даже длительнее, нежели вы можете себе представить, всё же пропорционален духовной силе эго; субпериод 3 продолжается пропорционально доброй Карме, после чего монада снова воплощается. Сказанное в Агама-сутре*: «Во всех этих Рупа-локах дэвы (духи) одинаково подвержены рождению, увяданию, старости и смерти», — означает только то, что эго рождается там, затем начинает увядать и наконец «умирает», т.е. погружается в то бессознательное состояние, которое предшествует новому рождению; и кончается эта шлока* следующими словами: «Когда дэвы выходят из этих небес, они вновь вступают в более низкий мир»*, — т.е. они покидают мир блаженства, чтоб возродиться в мире причин.

(8) В таком случае, и предполагая, что Дэвачен не есть наследие исключительно адептов и лиц, почти достигших их уровня, — там действительно имеется состояние существования, равноценное Небесам, из которого земная жизнь может быть наблюдаема огромным числом ранее ушедших! (9) И насколько оно длительно? Длится ли это состояние духовного блаженства годами? десятилетиями? веками?

(8) Самым категорическим образом «Дэвачен не есть наследие исключительно адептов», и самым определённым образом имеются «небеса» — если уж вы не можете обойтись без этого астро-географического христианского термина — для «огромного числа ранее ушедших». Но «земная жизнь» не может быть наблюдаема ни одним из них, по уже изложенным причинам Закона блаженства плюс майи.

(9) Годы, десятилетия, столетия и тысячелетия, часто ещё умноженные. Всё это зависит от продолжительности Кармы. Наполните маслом чашечку и городское водохранилище, зажгите то и другое и посмотрите, что из них будет гореть дольше. Эго — фитиль, а Карма — масло: разница в количестве масла (в чашке и водохранилище) наведёт вас на мысль об огромном различии в продолжительности разных Карм. Каждое следствие должно быть соразмерно своей причине. А поскольку время воплощённого существования человека несоизмеримо мало по сравнению с периодами его существования между рождениями в манвантарном цикле, то, значит, добрые мысли, слова и поступки в каждой из этих «жизней» на планетных телах будут причинами следствий, для исчерпания которых требуется гораздо больше времени, нежели уходит на развитие этих причин.

Поэтому, читая в Джатаках* и в других сказочных преданиях буддийских Писаний, что то или иное благое деяние было вознаграждено Кальпами блаженства, исчисляемыми многозначными цифрами, не улыбайтесь этому абсурдному преувеличению, но помните, что я вам уже сказал. Из маленького семени, как вы знаете, произросло дерево, чья жизнь продолжается вот уже 22 века; я подразумеваю дерево Бо в Анурадхапуре*. Также не надо смеяться, если вам попадётся Пинда-дхана или какая-либо другая буддийская сутра*, где вы прочтёте: «Между Кама-локой и Рупа-локой имеется местность, обиталище „Мары“ (смерти). Этот Мара, преисполненный страстей и вожделений, разрушает все благие начала, подобно тому как камень перемалывает зерно.†† Этот Мара, как вы, возможно, уже сообразили, представляет собой аллегорию сферы, именуемой «Планета смерти», — водоворота, в котором исчезают жизни, обречённые на разрушение. Эта битва происходит именно между Кама- и Рупа-локами. Его дворец занимает площадь в 7000 йоджан и окружён семирядной стеной»*, — ибо вы почувствуете, что теперь вы лучше подготовлены к пониманию этой аллегории.

Также, когда Бил или Бюрнуф или Рис-Дэвидс* в силу своего христианско-материалистического простодушия позволяют себе выпускать такие переводы, какие обычно выходят из-под их пера, мы не испытываем к ним недоброжелательства за их комментарии, ибо им не дано знать больше. Но что могут означать следующие комментарии: «Названия... Небес (ошибочный перевод: локи не есть небеса, но местонахождения или вместилища) желаний, Кама-лока — именуемых так потому, что существа, обитающие там, подвержены желаниям еды, питья, сна и любви. По-другому они именуются обителями пяти(?) разрядов чувствующих существ — Дэвов, людей, асуров, зверей и демонов» (Лаутан-сутра, пер. С.Била*).

А они означают попросту, что если бы достопочтенный переводчик был знаком с истинным учением немного лучше — он бы: 1) разделил Дэвов на два класса — и назвал бы их «Рупа-дэвами» и «Арупа-дэвами» («имеющими форму», или объективными, и «бесформенными», или субъективными, Дхьян-Каганами); и 2) проделал бы то же самое со своим классом «людей», так как существуют оболочки, а также «Мара-рупы» — обречённые на уничтожение. Вот они все:

(1) «Рупа-дэвы» — Дхьян-Каганы† Планетные духи нашей Земли — не из самых высших, как вы, возможно, сообразили, — коль скоро, как говорит Субба Роу* в своей статье, никто из восточных Адептов не пожелал бы, чтобы его сравнивали с ангелом или дэва.,
имеющие форму

(2) «Арупа-дэвы» — Дхьян-Каганы,
не имеющие формы } бывшие люди.

(3) «Пишачи» — (двухпринципные) призраки.

(4) «Мара-рупа» — обречённые на смерть (3-принципные).

(5) Асуры — элементалы, имеющие
человеческую форму

(6) Звери — элементалы 2-го класса:
животные элементалы } будущие люди.

(7) Ракшасы (демоны) — души или астральные формы колдунов; это люди, достигшие вершины знания в запретной науке. Живые или мёртвые, они, так сказать, обманули природу, но это только временно — пока наша планета не перейдёт в обскурацию, после чего они nolens volens* будут уничтожены.

Именно эти семь групп и образуют главные категории, на которые подразделяются обитатели окружающего нас субъективного мира. Разумные Правители этого Мира материи входят именно в разряд №1, и, при всей своей разумности, они суть лишь слепо повинующиеся орудия Единого; активные посредники Пассивного Принципа.

Подобным же образом превратно поняты и переведены почти все наши сутры; но всё же, даже под этой запутанной мешаниной доктрин и слов, для того, кто хотя бы поверхностно знает истинное учение, — имеется твёрдая почва под ногами.

Имеется ли какое-нибудь промежуточное состояние между духовным блаженством Дэвачена и жалкой тенеподобной жизнью лишь наполовину сознательных элементариев — останков человеческих существ, утративших свой шестой принцип? Потому что, ежели так, это могло бы дать воображаемое locus standi* Эрнестам и Джоям* спиритуалистических медиумов — лучшему виду «духов»-руководителей. Ежели так, то, конечно, это должен быть очень населённый мир, откуда могло бы приходить любое количество «духовной» информации?

Увы — нет, мой друг. От «Сукхавати» до «Области сомнений» существуют разнообразные духовные состояния; но мне неизвестно ни о каком таком «промежуточном состоянии». Я вам писал о Саквалах (хотя я не стану их перечислять, так как это было бы бесполезно), и даже об Авичи — «Аде», из которого нет возвращения†В Абхидхарма-шастре (метафизике) читаем*: «Будда учил, что на окраинах всех Саквал имеется тёмный промежуток, и для попадающего туда нет ни Солнца, ни лунного света. Оттуда нет нового рождения. Это холодный Ад, великая Нарака». Это Авичи., и мне больше нечего сказать. «Жалкой тени» приходится делать всё, что в её силах. Как только эго вышло за пределы Кама-локи и пересекло «Золотой Мост», ведущий к «Семи Золотым Горам»*, оно уже не может вести задушевные беседы с беззаботными медиумами. Никакой «Эрнест» или «Джой» никогда не возвращались из Рупа-локи — не говоря уже об Арупа-локе — поддерживать милые сношения со смертными.

Конечно, есть и «лучший вид» останков; и «оболочки», или «блуждающие по земле», как их здесь называют, не все непременно плохи. Но даже те, которые неплохи, становятся на время плохими благодаря медиумам. «Оболочки» вполне могут не тревожиться, ибо им в любом случае нечего терять. Но есть другой вид «духов», который мы упустили из виду: самоубийцы и жертвы несчастных случаев. Оба эти вида могут участвовать в общении, и обоим приходится дорого платить за подобные посещения. Здесь опять-таки нужно пояснить, что имеется в виду. Так вот, это тот разряд «духов», который французские спириты именуют les esprits souffrants*. Они — исключение из правила, так как вынуждены оставаться в сфере земного притяжения и в её атмосфере — Кама-локе — до самой последней минуты, в которую завершился бы естественный срок их жизни. Другими словами, эта отдельная волна эволюции жизни должна докатиться до своего берега. Но грешно и жестоко оживлять их память и усиливать их страдания, предоставляя им возможность жить искусственной жизнью, — возможность утяжелить их Карму, заманивая их в открытые двери медиумов и сенситивов, ибо им придётся расплатиться сполна за каждое такое удовольствие. Поясню.

Самоубийцам, которые, безрассудно надеясь избежать жизни, обнаруживают, что всё ещё живы, — уготовано достаточно страданий от этой самой жизни. Их наказание заключается в её насыщенности. Лишившись вследствие своего безрассудного поступка седьмого и шестого принципов (хотя и не навсегда, ибо они могут вернуть их оба), — вместо того чтоб принять наказание и постараться использовать имеющиеся возможности искупления, они зачастую начинают сожалеть о жизни и подвергаются искушению вновь вернуть её, завладев ею греховными средствами. В Кама-локе, месте сильнейших желаний, они могут удовлетворить свои земные вожделения лишь через живой организм; и, поступая так, по истечении естественного срока они обычно утрачивают свою монаду навсегда.

Что же касается жертв несчастного случая — их удел ещё хуже. Если только они не были так добры и чисты, чтоб быть тотчас же вовлечёнными в акашное Самадхи* — то есть погрузиться в состояние безмятежного сна, полного розовых грёз, во время которого они не помнят о случившемся несчастье, но действуют и живут среди своих близких друзей и в своей привычной обстановке, до тех пор пока их естественный срок жизни не завершится, после чего они оказываются родившимися в Дэвачене, — то мрачна их судьба. Если порочны и чувственны, они блуждают как несчастные тени — (не оболочки, ибо их связь со своими двумя высшими принципами нарушена не полностью) — до тех пор, пока не наступит их смертный час. Вырванные из жизни в полном расцвете земных страстей, которые приковывают их к привычной обстановке, они соблазняются возможностью, которую предоставляет им медиум, удовлетворить их за чужой счёт. Они-то и есть пишачи, инкубы и суккубы* средневековья; демоны пьянства, обжорства, сладострастия и скупости — элементарии гипертрофированного коварства, порочности и жестокости, толкающие свои жертвы на ужасные преступления и упивающиеся совершением их! Они не только губят свои жертвы, но эти психические вампиры, захваченные потоком своих адских влечений, в конце концов, в установленный срок завершения своего естественного периода жизни, уносятся из ауры земли в области, где они веками претерпевают невыносимые страдания и кончают полным уничтожением.

Но если жертва несчастного случая или насилия не очень хороша и не слишком плоха — обыкновенная личность, то вот что может произойти с ней. Медиум, притягивающий её, создаёт для неё наиболее нежелательное явление: новое сочетание скандх* и новую тяжёлую Карму. Но позвольте мне дать вам более ясное представление о том, что я понимаю под Кармой в этом случае.

В связи с этим, раз вы так заинтересовались этой темой, позвольте мне прежде сказать вам, что самое лучшее, что вы можете сделать, — это как можно глубже изучить две доктрины, Кармы и Нирваны. До тех пор, пока вы не овладеете в совершенстве этими двумя учениями — двойным ключом к метафизике Абхидхармы*, — вы неизменно будете заходить в тупик, пытаясь понять остальное. Имеется несколько видов Кармы и Нирваны в их разнообразных приложениях: ко Вселенной, миру, Дэвам, Буддам, Бодхисаттвам, людям и животным, причём мир включает в себя свои семь царств. Карма и Нирвана — лишь две из семи великих Тайн буддийской метафизики; и только четыре из этих семи известны лучшим ориенталистам*, да и то весьма несовершенно.

Если вы спросите учёного буддийского священнослужителя: что есть Карма? — он скажет вам, что Карма есть то, что христианин мог бы назвать Провидением (но лишь в некотором смысле), а магометанин — Кисмет, рок или судьба (опять-таки в одном значении). И что этот главнейший догмат учит, что как только любое сознательное или чувствующее существо (будь то человек, дэва или животное) умирает — создаётся новое существо; и при новом своём рождении оно появляется — на этой же или другой планете — в условиях, сложенных им самим в прошлой жизни. Или, другими словами, Карма есть направляющая и ведущая сила, а тришна (на пали — танха), жажда или желание чувственной жизни, — непосредственная сила или энергия, проистекающая из действий человека (или животного) и которая из старых скандх создаёт новую группу, образующую новое существо и управляющую качеством самого рождения. Или, чтоб это стало ещё понятнее, — новое существо вознаграждается и наказуется за заслуги и проступки старого (прежнего); Карма представляет собой Книгу Записей, где все поступки человека, хорошие, плохие или ни такие и ни другие, тщательно заносятся в дебет или кредит его счёта — им самим, так сказать, или, скорее, этими самыми его поступками. Там, где христианский поэтический вымысел создал и зрит «записывающего» Ангела-хранителя, суровая и реалистичная буддийская логика, постигнув необходимость того, что каждая причина должна иметь своё следствие, указывает на его реальное присутствие.

Противники буддизма особенно подчёркивали ту якобы несправедливость, что делатель избежит наказания, а невинная жертва будет вынуждена страдать, — раз делатель и страдающий разные существа. Дело в том, что хотя в одном смысле их можно считать разными, тем не менее в другом смысле они тождественны. «Старое существо» есть единственный породитель — одновременно и отец и мать — «нового существа». Именно первое существо есть, в действительности, создатель и формовщик второго; и поистине, в гораздо большей степени, нежели любой отец во плоти. И как только вы усвоите как следует значение скандх, вы поймёте, что под этим подразумевается.

Именно группа скандх образует и составляет физическую и ментальную индивидуальность, которую мы называем человеком (или вообще существом). Эта группа состоит (в экзотерическом учении) из пяти скандх*, а именно: рупа — материальные свойства или качества; ведана — чувствования; саньня — абстрактные идеи; санкхара — наклонности физические и умственные; виньняна — умственные способности, расширение санкхары — понимая под этим умственные, физические и моральные предрасположенности.

Мы прибавляем к ним ещё две, свойства и названия которых вы сможете узнать позднее. Сейчас достаточно сказать вам, что эти две группы скандх связаны с Саккаядиттхи*, «ересью, или заблуждением, индивидуальности», и Аттавадой*, «доктриной я», и порождают их, — а те обе (в отношении пятого принципа — души) ведут к майе ереси и веры в действенность тщетных обрядов и служб, в молитвы и заступничество.

Итак, вернёмся к вопросу о тождественности старого и нового «эго». Я могу ещё раз напомнить вам, что даже ваша наука приняла старый, очень старый факт — определённо утверждавшийся нашим Владыко醆 См. Абхидхармакоша-вьякхью, Сутта-питаку, любую книгу северного буддизма: всюду мы видим Гаутаму Будду утверждающим, что ни одна из этих скандх не есть душа, ибо тело постоянно меняется, и что ни человек, ни животное, ни растение никогда не бывают теми же самыми в два последующих дня или даже мгновения. «Нищенствующие! Знайте, что нет в человеке постоянного принципа и что только наставленный ученик, приобретший мудрость, говоря „Я есмь“ — знает, что он говорит»., что человек произвольного возраста, хотя чувствами тот же самый, тем не менее физически не тот, каким он был несколько лет тому назад (мы говорим — семь лет тому назад, и готовы отстаивать и доказать это): говоря языком буддизма, его скандхи изменились. В то же время они находятся в постоянном и беспрерывном движении, приготовляя абстрактную форму, «отсутствие» будущего нового существа*.

Итак, если справедливо, что 40-летний человек будет наслаждаться или страдать за свои же действия, совершённые им в 20-летнем возрасте, то столь же справедливо, чтоб существо нового рождения, которое по сути тождественно с предыдущим существом, — раз оно есть его порождение и создание, — восчувствовало бы последствия, порождённые тем я, или той личностью. Ваш западный закон, карающий невинного сына виновного отца, лишая его родителя, прав и имущества; ваше цивилизованное общество, клеймящее бесчестием невинную дочь безнравственной, преступной матери; ваша Христианская Церковь и Писания, учащие, что «Господь Бог взыскует грехи отцов с детей их до третьего и четвёртого поколения»*, — разве всё это не гораздо более несправедливо и жестоко, нежели что-либо совершаемое Кармою? Вместо того чтоб карать невинного вместе с преступником, Карма отмщает второму и вознаграждает первого — чего ни один из ваших трёх вышеупомянутых западных властителей дум никогда и не помышлял делать.

Но, быть может, на наше физиологическое замечание возражатели ответят, что изменяется только тело, происходит лишь молекулярное превращение, не имеющее никакого отношения к умственной эволюции; скандхи же представляют собой комплекс не только материальных, но также и умственных и моральных качеств. Но существует ли, спрашиваю я, какое-либо ощущение, абстрактная идея, склонность ума или умственные способности, которые можно было бы назвать абсолютно немолекулярным явлением? Может ли даже ощущение или наиболее абстрактная мысль, которая есть нечто, произойти из ничего или быть ничем?

Так вот, причины, порождающие «новое существо» и определяющие характер Кармы, как сказано ранее, суть тришна (или танха) — жажда, желание чувственной жизни, и упадана — осуществление или завершение тришны, или этого желания. И обе их медиум помогает пробудить и развить до nec plus ultra* в элементарии, будь то самоубийца или же жертва†† Только лишь оболочкам и элементалам при этом не наносится вреда, хотя нравственность сенситивов никоим образом не может выиграть от таких сношений.. Как правило, человек, умирающий естественной смертью, остаётся от «считанных часов до немногих кратких лет» в пределах земного притяжения, т.е. в Кама-локе. Но существуют исключения в случаях самоубийц и вообще умирающих насильственной смертью. Потому, к примеру, одному из таких эго, которому предопределено жить, скажем, 80 или 90 лет, но который убил бы себя или же погиб случайно, допустим, в возрасте 20 лет, пришлось бы провести в Кама-локе не «несколько лет», но в данном случае 60 либо 70 лет в виде элементария или, скорее, «блуждающего по земле», так как, к несчастью для себя, он даже не «оболочка». Счастливы, трижды счастливы по сравнению с ним те из развоплощённых сущностей, которые спят долгим сном и живут во сне в лоне Пространства! И горе тем, тришна которых привлечёт их к медиумам, и горе этим медиумам, соблазняющим их подобной лёгкой упаданой. Ибо, захватив их и удовлетворив их жажду жизни, медиум помогает развиться в них (в действительности — становится причиной) новому комплексу скандх — новому телу, с гораздо худшими наклонностями и страстями, нежели утерянное ими. Всё будущее этого нового тела будет определяться, таким образом, не только Кармою проступков прежнего комплекса или группы, но также и Кармою проступков нового комплекса этого будущего существа.

Если бы только медиумы и спириты знали, как я уже сказал, что с каждым новым «ангелом-руководителем», с восторгом приветствуемым ими, они вовлекают его в упадану, которая принесёт целый ряд несказуемых зол для нового эго, которое родится под этой зловещей тенью; и что с каждым спиритическим сеансом — особенно сеансом материализации — они умножают причины бедствий, причины, которые воспрепятствуют несчастному эго в его духовном рождении или вынудят его родиться в худшем, нежели когда-либо, существовании, — они, быть может, не так щедро расточали бы своё гостеприимство.

Ну а теперь вам, быть может, понятно, почему мы так решительно выступаем против спиритизма и медиумизма.

Мы восстаём вовсе не против истинного спиритуализма*, но только против неразборчивого медиумизма и — физических проявлений: материализаций и в особенности одержимости в трансах. Если бы только удалось втолковать спиритуалистам разницу между индивидуальностью и личностью, между индивидуальным и личным бессмертием и некоторые другие истины, их было бы легче убедить в том, что оккультисты могут быть вполне уверены в бессмертии монады — и тем не менее отрицать бессмертие души, проводника личного эго; что они могут твёрдо верить в возможность духовного общения и сношений с развоплощёнными эго из Рупа-локи и сами участвовать в них, и тем не менее смеяться над безумною мыслью — о «рукопожатиях» с «духом»!; и что, наконец, в сущности именно оккультисты и есть настоящие спиритуалисты, а современная секта этого наименования состоит просто из материалистов-феноменалистов.

«Индивидуальность» и «личность» — это доктрина Паччека-яны и Амата-яны. Оба термина представляют собой точный и буквальный перевод палийских, санскритских и даже китайско-тибетских специальных названий многочисленных личных существ, соединённых в одну Индивидуальность — длинное ожерелье жизней, эманирующих из одной Бессмертной монады. Вам придётся запомнить их:

1) Паччека-яна (на санскрите — Пратьека) буквально означает — «личный проводник» или личное эго, сочетание пяти низших принципов; тогда как

2) Амата-яна (на санскрите — Амрита) переводится как «бессмертный проводник» или Индивидуальность, духовная душа или Бессмертная монада — соединение пятого, шестого и седьмого принципов.

Примечания к письму XIX

Письмо XIX

...В последнем номере Теософа — упоминаемое письмо и замечания к нему опубликованы в июне 1882 г. (с.225–6).

Дэвачен (тиб.), Сукхавати (санскр.) — «благословенный; радостный, довольный»; Западный Рай Будды Амитабхи, «счастливая страна» в веровании буддийских масс.

Татхагата сказал... — ср. Beal S. A Catena of Buddhist Scriptures from the Chinese. L., 1871. C.379, 381. Все выдержки из буддийских сочинений, которые приводятся в письме, имеются в этой книге (далее — Beal S...), однако в переводах наблюдаются существенные различия. В скобках заключены пояснения Махатмы К.Х.

Архат — посвящённый высокой степени в буддизме, достигший освобождения от цепи перерождений.

Бодхисаттва (санскр.) — «тот, чья сущность (саттва) — просветлённый ум (бодхи)»; тот, кто добровольно отказался от высшего Блаженства Паринирваны ради помощи человечеству.

Шарипутра — один из ближайших учеников и сподвижников Гаутамы Будды.

Удумбара (санскр.) — смоковница Ficus Glomerata; мифический лотос огромных размеров.

Сенситив — букв. «чувствительный, чуткий»; человек с повышенной чувствительностью в отношении «незримого» мира.

Психография — непосредственное писание посланий «духами» в присутствии медиума (см. Исида I, 202–3, 367–9).

Одилизируется — производное от слова од (см. последнее примеч. к письму XVIII).

...статью о запахе — имеется в виду статья Уильяма Рамсея (впоследствии — лауреата Нобелевской премии по химии), опубликованная в английском журнале Nature 22.06.1882 г.

Паринирвана, или Паранирвана — высшая Нирвана, «Нирвана без остатка», где уже нет никаких связей с чувственным миром; состояние, достигаемое человеческой монадой в конце большого цикла. Ср. примеч. к письму VII: Нирвана (санскр.) — освобождение (от животных страстей и иллюзии чувственного мира); Нирвана на земле — «Нирвана с остатком», когда достигший освобождения дух сохраняет связь с чувственным миром и возможность действовать в нём.

Книга Жизней (Жизни) — понятие, многократно встречающееся в Библии.

lusus naturæ (лат.) — «игра природы», отклонение от нормы.

(6) Вопрос теперь ~ Страну блаженства. — Этот фрагмент письма, судя по всему, стал «жертвой несчастного случая», поскольку фразе «последние вместе с седьмым и шестым...» должно было непосредственно предшествовать какое-то высказывание о высших качествах пятого принципа, к чему только и могло относиться слово «последние» в данном контексте.
В письмах Махатм имеется ряд мест, где отдельные слова расположены явно не в том порядке, как предполагали Авторы; это объясняется некоторыми особенностями психофизического процесса «осаждения» текста письма на бумагу, который часто осуществлялся учениками Махатм без последующей сверки.
Если допустить, в качестве гипотезы, что подобная перестановка могла случиться и с целыми фразами, то единственное место для фразы «последние вместе...» — это сразу же после слов «...„животной души“». Фраза «Дух, или чистая эманация Единого» (в подлиннике здесь именно единственное число — emanation; редакторам английских изданий, а за ними и переводчикам пришлось заменить его множественным) могла бы открывать объяснение, начало которого приняло бы тогда следующий вид:

(6) Вопрос теперь достаточно объяснён, я полагаю: Дух, или чистая эманация Единого, — шестой и седьмой принципы, отдельно от остальных, составляют вечную, неуничтожимую, но и бессознательную «монаду». Чтобы пробудить в ней к жизни это спящее сознание, в особенности сознание личной индивидуальности, требуется монада плюс высшие качества пятого — «животной души»; последние вместе с седьмым и шестым принципами образуют высшую триаду — причём ни одна из этих двух эманаций не способна ассимилировать ничего, кроме самого доброго, чистого и святого. Они-то и составляют эфирное эго, которое живёт и наслаждается блаженством в Дэвачене; потому никакие чувственные, материальные или нечистые воспоминания не могут последовать за очищенною памятью эго в эту Страну блаженства.

«Нет горя ~ чистая». — Ср. Beal S... С.117 (со ссылкой на Абхидхарма-шастру).
Саквала — слово, использованное Буддой в его наставлениях; космическая или, скорее, солнечная система (коим несть числа во Вселенной), в которой имеются свои земные миры, «ады» и «небеса» (см. Blavatsky H.P. Theosophical Glossary); это слово не раз встречается в книге Beal S...

Джняна — транслитерация санскритского слова jñāna (знание); в Индии его обычно произносят как гняна.

«Личною ~ форм». — Ср. Beal S... С.86 (без указания источника).

Теперь же говорится... — имеются в виду замечания в Теософе (см. начало вопроса 1), где был упомянут и тибетский термин бардо.

Кальпа (санскр.) — общее обозначение временного цикла в древнеиндийской космологии.

Сказанное в Агама-сутре... — ср. Beal S... С.85.

Шлока — основной размер в санскритской эпической поэзии.

«Когда дэвы ~ мир» — ср. Beal S... С.85.

Джатаки — жизнеописания «прежних рождений Будды», рассказанные якобы им самим.

Дерево Бо, или Бодхи — «дерево мудрости», пиппала Ficus Religiosa. Ветка того дерева, под которым Будда, по преданию, достиг просветления в Гае, была чудесным образом перенесена в III в. до н.э. в Анурадхапуру, столицу древней Ланки, и выросшее из неё дерево — сегодня самое старое на Земле, о котором имеются исторические свидетельства.

Сутра (санскр.), сутта (пали) — «нить»; сборник кратких изречений. Буддийские сутры в большинстве своём содержат высказывания, приписываемые Будде.

«Между Кама-локой ~ стеной» — ср. Beal S... С.90.
Йоджана (санскр.) — мера длины, в разных районах Индии колеблется от 6,5 до 25км.

Бил, Самьюэл (1825–1889), Бюрнуф, Эжен (1801–1852), Рис-Дэвидс, Томас Уильям (1843–1922) — известные европейские востоковеды-переводчики.

Лаутан-сутра, пер. С.Била — см. Beal S... С.90.

... как говорит Субба Роу — в рецензии Философия Духа, опубликованной в Теософе в мае 1882 г. (с.192–6).

nolens volens (лат.) — «неволей или волей», волей-неволей.

locus standi (лат.) — место, где можно стать.

...Эрнестам и Джоям — имена «духов-руководителей» известных английских медиумов того времени.

В Абхидхарма-шастре читаем... — ср. Beal S... С.64.

... «Семи Золотым Горам» — в индийской мифологии они окружают центр мироздания, гору Меру.

les esprits souffrants (фр.) — «духи страдающие».

Самадхи (санскр.) — глубокое, отвлечённое сосредоточение.

Пишачи (санскр.) — в поверьях Южной Индии привидения, демоны, вампиры, преследующие людей; инкубы и суккубы — демоны мужского и женского рода в средневековой Европе.

Скандха (санскр.) — «груда»; совокупность свойств или элементов, составляющих любое существо.

Абхидхарма (санскр.), Абхидхамма (пали) — свод психологических и философских учений буддизма.

Ориенталисты — востоковеды.

...из пяти скандх — перечислены палийские названия; на санскрите это: рупа, ведана, санджня (обычно произносится сангня), санскара, виджняна (обычно произносится вигняна).

Саккаядиттхи — термин на языке пали.

Аттавада — термин на языке пали.

...«отсутствие» ~ нового существа — см. примеч. к письму XIII: ...её «отсутствие» — ср. с терминами Аристотеля («отсутствие», или «лишённость», формы; «потенциальная форма», и «актуальная (действительная) форма», или материя), введёнными им для преодоления трудноразрешимой проблемы древних — из чего возникает сущее (если из сущего, то оно уже существует, и возникновения нет; из не-сущего — тоже невозможно, ибо нечто не может возникнуть из ничего).

«Господь Бог ~ поколения» — Исх. 20, 5.

nec plus ultra (лат.) — «и не далее», т.е. предел, крайняя степень.

...истинного спиритуализма — см. примеч. к письму III: Спиритуалисты — последователи спиритуализма; как философский термин слово «спиритуализм» означает любое воззрение, рассматривающее дух как первооснову действительности. Возникновение того, что стало именоваться современным спиритуализмом, исповедующим общение живых с так называемыми «духами умерших», относится к середине XIX в.